Закончив с этим, быстро переоделась и вышла в гостиную. И как раз вовремя. Почти сразу вслед за этим появилась мадхен Кройц и с ней двое слуг с подносами. Принесли обед.
Опять на две персоны. Слуги быстро и сноровисто выкладывали на столе разные блюда и приборы, ее личная камеристка-тюремщица стояла в стороне, зорко наблюдая за их работой. А Мара ждала, что сейчас появится король. Но вот слуги закончили сервировать стол, поклонились и, не поднимая глаз, исчезли.
Как только они остались одни, камеристка чопорно поклонилась, проговорила:
— Приятного аппетита, мадхен Хантц, — и вышла, не забыв при этом запереть ее.
Мара озадаченно смотрела на дверь, потом перевела взгляд на стол. Разложенная там еда пахла соблазнительно, и да, после всего ей хотелось есть. Она еще некоторое время постояла, прислушиваясь. Ничего.
Пожала плечами и села за стол.
Только собралась есть, за дверью раздались твердые шаги. Он. У нее сердце заколотилось в горле. Так и есть. Послышался звук ключа в замке, а следом отворилась дверь.
Вошел Родхар Айслинг.
Короткий холодный взгляд. Ей показалось, ее пригвоздили к месту, ни шевельнуться, ни слова вымолвить. А мужчина повернулся, чтобы запереть дверь и сразу после этого сел напротив. На нее взглянул мельком, словно она предмет мебели. И бросил сквозь зубы:
— Приятного аппетита, мадхен.
Наверное, так и бывает, с горечью подумала Мара. Не зря говорят, что благосклонность королей скоротечна. Она на секунду смежила веки, дав себе передышку, и проговорила так доброжелательно и спокойно, как могла:
— Приятного аппетита, ваше величество.
А потом принялась за еду, хотя кусок не лез в горло.
Все это время король боролся с собой.
Ему надо было понять, откуда у нее такая власть над ним? Что с ним в ее присутствии происходит? Родхар перебирал в памяти все, что знал об этой Маре Хантц с первого дня, как увидел ее на отборе. Она ведь сразу привлекла его внимание необычным цветом волос и независимой повадкой. И чем дальше, тем привлекала больше.
Но было ли что-то еще? Особенное, неправильное, колдовское? Сейчас он мог бы сказать — да! Эта девица ведьма.
Другого объяснения не допускала его гордость.
Иначе, как могло произойти, что он практически у ее ног?
Не говоря уже о том, что на его глазах она сделала невозможное. Заперла ход, ведущий в часовню, где хранится Ледяной Клинок — артефакт рода, использовав вместо ключа ножницы! Родхар мог поклясться, что с таким же успехом она могла бы использовать и веретено, и щепку для растопки. И она видела волка.
Сейчас, сидя против нее за столом, мужчина старался следить за девушкой отстраненно. Только факты и никаких эмоций. Если имеет место колдовство, оно должно быть пресечено. Но вот она заговорила.
Просто пара слов. Взгляд. А у него сладко сжалось и потянулось к ней сердце. И Родхар внезапно сдался. Теперь ему было все равно, будь она хоть сто раз ведьма, он хотел только ее.
Но тем хуже было все остальное. Завтрашняя охота. Интриги. Отбор.
Усилием воли он отодвинул все это.
Мара старалась лишний раз не сталкиваться взглядом с королем. А лучше было вообще сделаться незаметной. В конце концов, его величество съест обед и уйдет, а она как-нибудь разберется со своими эмоциями.
И тут она вдруг заметила, что у него свежий порез на ладони. Ахнула и потянулась к нему:
— Сир, надо перевязать!
— Пустое, — хрипловато проговорил он, накрывая ее ладонь своей.
И сразу изменилось все, словно не было никаких странных событий. Их руки снова сталкивались над столом, его большая смуглая и маленькая белая ее, и это было похоже на странный танец.
Но вот обед закончился.
Родхар встал, и Мара тоже поспешила подняться. Секунду он смотрел на нее, потом сказал:
— Завтра я уезжаю на охоту.
Ей сразу стало тревожно и одиноко. Но он добавил:
— Сейчас мне нужно идти, но я вернусь после ужина. Постарайтесь не заснуть.
Оставив девушку запертой в королевской спальне, Родхар уже понимал, что и это убежище ненадежно. Ее безопасность чисто условная, до тех пор, пока кому-то не придет в голову подкупить слуг или сунуться в потайной ход.
А ему надо уезжать.
И никаких лишних движений он сейчас себе не может позволить, это только привлечет ненужное внимание. А вот заложить ход в покоях, отведенных для будущей королевы Хигсланда необходимо. Это как раз можно было сделать, пока король вместе со всем двором будет охотиться.
Но для этого ему нужно было переселить Мару.
И мозг заработал, изыскивая варианты. Когда решение принято, действовать проще, есть цель, есть пути достижения. Колоссально трудно и тяжело было другое. Скоро к концу подойдет отбор, и ему придется жениться. Он король, он должен.
Родхар тряхнул головой отгоняя от себя эту мысль. Время еще есть. Пусть его немного, король хотел провести его с ней. Но уже сейчас понимал, что ему мало этого времени, катастрофически мало. Он должен найти выход, придумать что-то еще.
Сейчас король направлялся в кабинет. На лице не отражалось никаких внутренних переживаний. Напротив, он был бодр и работал продуктивно, как никогда.
