И принимал просителей, которых с утра накопилось много. Несколько раз заходил главный ловчий, докладывал о подготовке завтрашней охоты. Родхар слушал его, делал замечания по теме и отпускал шутки, а сам пристально следил за придворным. А тот в свою очередь отслеживал его реакцию, и несколько раз Родхар уловил хищный блеск в глазах Белмара. Нетерпеливые жесты и легкую нервозность.
В другое время его бы позабавила эта игра. Сейчас, зная, что Белмар замышляет что-то, король был предельно собран и внимателен. И потому при подобной активности крайне интересно было прошение, которое ближе к концу дня подал ему главный ловчий.
Двухдневный отпуск в связи с семейными делами.
— Однако? — Родхар откинулся в кресле, удивленно глядя на него. — А как же охота, Белмар?
— Сир, все готово. Мои люди уже на местах. Я ручаюсь, все пройдет идеально, — склонился тот в поклоне и прижал руку к сердцу.
Король видел подвох, однако игру продолжил.
— Да? И чем же вызвана такая срочность? — спросил он небрежно. — Ты прекрасно мог бы дождаться окончания охоты и потом съездить в имение по семейным делам.
— Безусловно, сир, — снова поклонился главный ловчий. — Но тут вопрос жизни и смерти.
— Хммм? И что же это… Вернее, кто?
— Сир, — Белмар оглянулся и понизил голос. — Это мой бастард.
Ложь. Король в этом был уверен.
Белмара никогда и ничего не интересовало кроме успехов его драгоценной дочери. И даже если бы перемерли разом все его бастарды, он не оставил бы Истелинду без поддержки на отборе.
Ибо, это уже самое смешное, несмотря на то, что уже практически решен вопрос, на кого падет выбор на отборе, Белмар не терял надежду увидеть однажды свою дочь королевой. Для этого надо было всего лишь подвинуть в сторону принцессу Гринвальда. Дело весьма непростое, но не такое уж невозможное. Ведь до сих пор не выяснено, с какой целью лорд Белмар отправлял нарочного в Грихвальд.
Черт побери…
Родхар теперь взглянул на главного ловчего по-новому. Невольно мелькнула мысль приставить к принцессе Амелии дополнительную охрану, а матрес Пасквел приказать, чтобы она с девушек глаз не спускала.
Больше всего короля бесило то, что в этой подковерной борьбе за власть он был чем-то вроде куска мяса. Этакое приложение к трону. Однако внешне же выражение его лица никак не изменилась. Король только хмыкнул и, пододвигая к себе прошение об отпуске, спросил:
— Я надеюсь, это не лишит нас приятного общества леди Истелинды?
— О, нет, сир, — тут же поклонился главный ловчий и выдал с многозначительной улыбкой: — Моя дочь ни за что не пропустит охоту, особенно, если там будете вы, ваше величество.
А, значит, если его там не будет, вполне вероятно, что Истелинда будет отсутствовать тоже.
— Рад слышать, — проговорил король и размашисто подписал бумагу.
Главный ловчий поклонился и вышел. А король тут же приказал:
— Лорда Хойта ко мне!
Меньше, чем через полчаса глава дознавателей вышел от короля, получив все необходимые указания. Потом Родхар еще вызвал к себе смотрительницу отбора.
Генеральская вдова явилась почти сразу, как будто ждала этого. Держалась хорошо, что все равно выглядела немного нервной и настороженной.
— Добрый день, матрес Пасквел, — проговорил Родхар.
Вдова присела в книксене:
— Добрый день, сир.
— Прошу прошения, я сегодня был занят, не смог уделить достаточно внимания. Как ваши подопечные? Не заскучали?
— Все в порядке, ваше величество. Девушки понимают, что у короля дела государства, и он не всегда может позволить себе выделить время на развлечения, — проговорила генеральская вдова.
— Похвальное понимание.
Теперь надо было сообщить главное.
— Матрес Пасквел, завтра двор почти полным составом выезжает на охоту в предгорья, — начал он. — Я прошу вас проследить за всеми участницами. И особое внимание уделить леди Белмар. В буквальном смысле не спускайте с нее глаз.
Женщина вскинула на него сосредоточенный взгляд и понимающе кивнула:
— Сир, сделаю все, что смогу.
— Благодарю, — сказал король. — Можете быть свободны. Встретимся за ужином.
Генеральская вдова с достоинством поклонилась и покинула кабинет, шурша юбками. Под конец ему казалось, что она хотела задать какой-то вопрос, однако промолчала. И это хорошо, потому что Родхар догадывался, о ком она хочет спросить, но не готов был дать ответ.
Времени оставалось в обрез. Король только успел переодеться и спустился к ужину в большой зал, где его уже ждали накрытые столы.
Положенное время он он там высидел, внимание участницам уделил.
Теперь он мог наконец отправиться к Маре Хантц.
Третий раз он должен был увидеться с ней за этот день. И каждый раз странная жажда и предвкушение становились сильнее. Мужчина замер перед дверью, испытывая внутреннюю дрожь, и закрыл глаза.
Интересно, если бы он просто переспал с ней в первый же день, влечение уже давно бы исчезло? Теперь он не знал. Он не знал даже, хочет ли избавляться от этого чувства. Оно становилось ярче и, вместе с тем, утонченнее, как будто пробовал новое вино, и не мог остановиться.
Король мрачно хмыкнул.
