Ремчуков: У нас есть два типа таких «яйцеголовых» ученых. Первый тип — это фундаментальные исследователи. Действительно, они могут обогатить фундаментальную науку. И рынок во всем мире… Есть такое понятие «провалы рынка». Это признается в теоретических учебниках по рыночной экономике. Вот эти провалы рынка должны компенсировать государство. Фундаментальные исследования не находят непосредственного коммерческого приложения, стало быть, они не оплачиваются текущим бизнесом и государством, поэтому государство думает, каким образом под держать такой тип ученых. Это субсидии, это гранты, это заказы, это прямое финансирование. В Америке, например, уже 17 лет за патент платят как за открытие фундаментального характера, платят большие деньги и тем самым защищают его интеллектуальное право на нечто фундаментальное, что, может быть, понадобится через 10 или 15 лет.
Ведущий:
Ремчуков: В Америке 17 лет действует такая защита, чтобы ученый получал деньги, а потом, когда начнет применяться, он будет получать деньги и за это. Второй тип — это люди практические. Это могут быть преподаватели, консультанты, это писатели, журналисты и так далее. Они не должны ходить пафосно и думать: вот я такой умный и никому не нужен, у них должна быть некая организационно-правовая форма предложения своей услуги. Если люди не будут предлагать свою услугу, например образовательную, то почему они считают, что они должны получать деньги. Но если они просто хотят, но не могут организовать вуз по правильной системе. Мечты какие-то есть, а реальных дел нет. Я недавно получил письмо от человека, который говорит, что пора по кончить с тем, что наши дети выезжают в частные колледжи за рубеж и платят в Швейцарии 25 тысяч долларов в год. Сейчас альтернативно, пишет этот профессор, детей отправляют на Мальту, где уже за 12 тысяч долларов дети получают хорошее образование. Он предлагает за 5–6 тысяч долларов организовать то же самое у нас, на Черноморском побережье. Какая замечательная идея, не надо уезжать, мы там всех детей организуем…
Ведущий:
Ремчуков: И деньги останутся на родине. Но посмотрите, какие практические предложения. В конце такое маленькое примечание: Константин Вадимович, просьба подумать, не можете ли вы найти спонсоров для этого дела, потому что, мне кажется, что организационно это должно напоминать структуру действующих санаториев или пансионатов с хозблоком, с местами для жительства и так далее. То есть он предлагает найти спонсоров, которые купят ему санаторий, он туда приведет пару учителей, выпишет одного иностранца, который будет…
Ведущий:
Ремчуков: Нет, там написано: «Иностранец для организации дисциплины и навыков традиций». Он будет с палочкой ходить и всех строить. Конечно, этот человек хочет чего-то, но не знает как. Он даже не знает, как подать это в виде бизнес-плана, который нужен для инвесторов, для собственников этого дела и для самого коллектива. Инвестор должен посмотреть в бизнес-план и все увидеть: при таких- то затратах, при такой-то плате за обучение принимается такое-то количество учащихся, которых собираются принимать сначала с пятого-шестого класса, а потом, может быть, с первого. На рынке существует потребность в такой услуге, потому что там климат хороший, черноморский, они одновременно будут лечиться от всяких легочных болезней и отдача будет. Если не будет коммерческой отдачи, это будет сложно: выйдет ли оно на самоокупаемость за счет платы за учебу, есть ли возможность привлечь кого-то еще. То есть должна быть ясная картина. Просто исходить из того, что кто-то придет, даже если он хочет дать, он все равно не знает сколько, потому что при таком подходе через какое-то время выяснится, что мало, надо еще больше дать. Поэтому, мне кажется, такого рода задача — это задача государства, потому что это стоит денег. Есть люди, которые в состоянии за два-три года, за неделю научиться чему-то; для них в крупных городах, может быть, в столицах федеральных округов должны быть созданы такие центры, в которых может реализовываться функция государства — давать знания. Потом эта функция должна подкрепляться, содействовать становлению этих мелких форм бизнеса: выдаче кредита, подача заявки в соответствии с тем, как тебя научили, контроль за использованием этого кредита. Поэтому государство должно понимать, что многие деньги могут прогореть. Но в то же время это тектонический сдвиг в структуре занятости и способах самоорганизации общества. Конечно, должны быть издержки.
Но плюс, который это может дать, огромен, потому что люди начинают заниматься созидательной работой. У них появляется смысл жизни. Они выходят из депрессии, но у них, безусловно, появляются новые заморочки, но эта депрессия невостребован- ности — одна из самых тяжелых в социальном плане. Она передает, как метастазы, настроение на все общество.
