Ведущий:
Ремчуков: Кон Бендит.
Ведущий:
Ремчуков: Во-первых, я не думаю, что с ростом левого электората надо бороться. Зачем с этим бороться? Вы боритесь за свой электорат. Вот я представляю правый электорат и буду бороться за людей, которым симпатичны мои взгляды, моя философия, мое мировоззрение. Если меня поддержат, я буду дальше продвигать эти идеи и воплощать их в какие-то институциональные изменения в стране. С левым электоратом в нашей стране, мне кажется, дело сложнее. Примитивно агрессивные левые, которые воплощаются чаще всего в образе Анпилова и его сторонников, отходят, они все менее и менее популярны. Люди старшего поколения, которые привержены этой левой идее, были всегда. Они жили с этой идеей, за нее и с ней умирали их товарищи. Я беседую с родителями или с их сверстниками — из их класса осталось два человека, один. Это их идеи. Но как можно от них требовать, чтобы они отказались от нее. Нет, они имеют право, потому что это было целое мировоззрение, целая жизнь и судьба, и кровь, и тяжелейший труд по выходным, как в фильме «Зеркало для героя». День дополнительной добычи. «У нас же воскресенье». «Какое воскресенье? — говорит. — День дополнительной добычи. В шахту пойдем». А если не в шахту, то пойдем на воскресник. Не случайно слово «воскресник». Субботник появился потом, когда пятидневку ввели. А воскресник был, когда было шесть рабочих дней, а седьмой еще на воскреснике поработаем. И вот это их право, это их идеология. Бороться с этим бессмысленно. Более того, мне кажется, что с годами, еще пять-семь лет, у нас появятся люди — приверженцы большего участия государства в перераспределении доходов рыночной экономики. Мне кажется, что вопрос перераспределения — это, помимо всего прочего, вопрос этики, морали, совести и так далее. Потому что когда в конце 80-х появились публикации наших знаменитых публицистов, которые в то время гремели на всю страну…
Ведущий:
Ремчуков: Да. Все читали «Авансы и долги». В тот момент Селюнин, Шмелев, Емельянов, Черниченко были кумирами общественного сознания. У них были очень упрощенные рекомендации: давайте частную собственность, у нас уравниловка, а это плохо, это рождает лентяев, а вы — толковые ребята, должно быть неравенство. И истинная справедливость в неравенстве. Мне кажется, пройдет время, этот круг пройдет, и все люди поймут, что невозможно жить со спокойной совестью и есть в три ложки и быть счастливым человеком, если за забором у тебя бездомные, нищие и бедствующие умные образованные интеллигентные люди. Мне кажется, эволюция этой морали в обществе и новая этика, которая будет развиваться по мере становления гражданского общества, подвигнут этих людей делиться и перераспределяться через институты. И они будут хотеть, чтобы были институты помощи бедным. Другое дело, что это не будет безадресно, как это было при социализме, это будет адресно. Но и государство, со своей стороны, должно стимулировать это через налоговые льготы. Масса предпринимателей давала бы деньги школам, если бы… Какая им разница, платить этот налог государству либо отдать тем, кто нуждается. В Америке вся их гигантская благотворительная деятельность не оттого, что американцы добрее нас или богаче, а оттого, что стимулируется экономическим механизмом. Корпорация отдаст 1 миллиард долларов в бюджет или от даст в этот фонд, который будет заниматься сирыми и убогими. Конечно, корпорации лучше отдать в фонд, поскольку там у них репутация повышается и происходит сцепка общества и капитала. У нас этой сцепки нет. Пока это антагонистично. Но я думаю, что разумное общество не может позволить себе проигнорировать такой механизм налаживания вот этой сцепки и взаимной ответственности.
