— Так получилось, что при нашей первой встрече он попытался меня убить, и мне пришлось стрелять в ответ. В общем, боюсь, тебе уже не удастся поговорить с ним по душам. Но с Риной всё в порядке, так что беспокоиться больше не о чем. И это не моё дело, но зачем ты хотел переправить её в Изумрудный квартал, Билли?
— Ты прав, это не твоё дело, — Топор рывком вернулся к стойке, наполнил второй бокал почти до краёв и залпом осушил, затем громко выдохнул и произнёс: — С большой вероятностью нам всем здесь очень скоро придёт полный пиздец. Я хотел её от этого уберечь.
— Надо признать, у тебя получилось не очень хорошо, — пожал я плечами. — А почему здесь всем придёт полный пиздец?
— Ты задаёшь слишком много вопросов, чужак, — прорычал Билли. — В общем, так. Садимся в машину, едем в ваше укрытие, забираем Рину и твою раненую. И везём сюда. Мой доктор осмотрит их обеих и поможет, чем сможет.
— План неплохой, но тут есть одна загвоздка. Мы пока не можем покинуть своё убежище. Как я сказал вначале, мы сюда прибыли в поисках одного человека. И этот человек должен встретиться с нами именно в том месте, где мы обосновались. Надо вести доктора туда. Вместе со всем оборудованием и лекарствами. К тому же, перевозить Бестию может быть опасно, как и лишнее промедление.
Билли посмотрел на меня исподлобья и тяжко вздохнул. Затем на его лице отразились глубокие сомнения.
— Это соседний район, да? — вдруг спросил он. — Значит, чужая территория. А уж не заготовлена ли там для меня западня, Лазарь?
— Резонный вопрос, — кивнул я. — Только если бы мы хотели тебя убить, Билли, — уже бы это сделали. И спокойно слиняли бы тем же путём. Не подумай, что я хвастаюсь или угрожаю, но мы вполне способны перебить здесь всех твоих людей, а затем забрать доктора силой. Такова наша специализация. Мы занимаемся этим ремеслом, можно сказать, всю сознательную жизнь и достигли довольно высоких результатов. Я предлагаю тебе решить дело миром. Без медика мы не уйдём, а ты не получишь свою девушку, если не согласишься на мои условия.
— Хорошо, твоя взяла, чужак, — немного поразмыслив, проговорил Билли. — Не подумай, что я хвастаюсь или угрожаю, но если это ложь, я сделаю всё, чтобы ты и все твои люди прочувствовали на собственной шкуре, откуда у меня взялось прозвище Топор. На этих улицах практически ни у кого нет больше возможностей и ресурсов, чем у меня.
— Договорились, — сразу согласился я, опуская оружие. — И ещё кое-что. Через дорогу в переулке у мусорных контейнеров лежит твой человек. Он жив, не беспокойся, но чутка пострадал.
— Что с ним? — хмуро спросил Билли.
— Да так… Ушибы, сотрясение головного мозга, пара переломов… Он молодой, на вид крепкий — пластырем залепит, немного отлежится, и будет в норме. В общем, надо бы кого-нибудь послать, чтобы его забрали.
* * *
— Это территория Жаб, — сообщил Билли, когда мы пересекли границу района. — У меня с ними мир и даже что-то вроде альянса. Но им может очень не понравиться, что мы заехали к ним таким составом без предупреждения.
Мы находились в головном автомобиле, перемещаясь по тёмным улицам в кортеже из шести машин. Билли сидел впереди, рядом с водителем. Я, Фурия и один из его ребят разместились на заднем сиденье.
Всего Топор взял с собой двадцать три бойца. Один из ранее замеченных мной на стоянке микроавтобусов оказался переоборудован в подобие скорой помощи. В него оперативно загрузили медицинское оборудование, и сел сам доктор Тед Скиф — уже немолодой мужчина с седыми висками и бородкой. Доктора сопровождали два молодых ассистента.
Как рассказал нам по пути Билли, медикаменты в трущобах ценились на вес золота, но у них имелся небольшой запас, оставшийся от некогда работавшей в городе больницы. Кроме того, некоторые препараты они наловчились синтезировать в кустарной лаборатории.
— А почему ты не связался с этими Жабами удалённо, Билли? — спросил я. — В этом городе вообще хоть какая-то связь работает?
— Работает, но дозваниваться и вести переговоры не было времени. Ты же сам торопил. Лазарь, ты когда-нибудь слышал про такое устройство, как телефон?
— Вроде видел что-то такое в очень старых фильмах, — не вполне уверенно ответил я. — Такие плоские кирпичи размером в пять раз больше НКСК, с виду очень неудобные. Назывались смартфоны или мобильные телефоны, насколько помню.
— Нет, я говорю про более древнюю версию этого устройства — стационарные телефоны, где связь обеспечивалась исключительно через провода.
— Такие технологии не используются уже сотни лет, — удивлённо протянул я. — Я и проводов-то никогда вживую не видел. К чему это всё?
— Понятия не имею, — пожал плечами Топор. — Содружество построено по древним технологиям. Тут всё идёт через провода: связь, электричество, телевидение. Правда, оно уже давно не вещает. И никакого космонета или любых других беспроводных сетей. Всё заглушено напрочь. А что это — причуда корпорации или какой-то великий замысел, никто из нас не представляет.
