Бесконечность полностью

Роско закрыл глаза, не в силах поверить. Мы оба прошли испытание, и, кроме нас, никто не смог бы этого сделать. После долгой паузы он наконец тихо произнес:

– Да, совершенно верно. Теперь я вспомнил.

– Мы тогда были теми еще сорванцами, а? – рассмеялся Дилан.

– Ну, нам тогда было по девять лет, – ответил Роско, открывая глаза и глядя на меня как на инопланетянина. Что в каком-то смысле соответствовало истине.

– Так почему ты вдруг вспомнил про старуху Фридегроссе? – спросил другой Дилан.

Приложив палец к губам, я покачал головой.

– Объясню как-нибудь потом, дружище, – сказал Роско в телефон. – Не буду больше отнимать у тебя время.

– Ладно, пока, – ответил Дилан.

Роско ткнул кнопку на телефоне, заканчивая разговор.

– Ну хорошо, – ледяным голосом обратился он ко мне. – Кто ты такой, черт побери?

Только я начал рассказывать Роско свою историю, как он заставил меня остановиться. При первом же упоминании о Множественных мирах он поднял руку, не желая слушать дальше. К нему на прием сидели пациенты, и они были на первом месте. На самом деле это означало то, что ему требовалось время осмыслить услышанное. Роско никогда не принимал поспешных решений. Он всегда тщательно все продумывал. Оценивал все факторы и составлял четкие планы. Он был осторожен. Другими словами, он был полной моей противоположностью.

Роско предложил мне встретиться в шесть часов вечера в баре на пересечении Кеннеди и Монтроуз. Выбранное им место также являлось своеобразным тестом. Именно в этом баре я напился и в конечном счете подрался с типом, издевавшимся над своей подругой. Роско приехал, чтобы забрать меня из полицейского участка, и домой живым он уже не вернулся.

То обстоятельство, что Роско был жив, означало, что в этом мире тот вечер прошел иначе. И все-таки то, что он выбрал для встречи со мной именно этот бар, говорило, что это место тем не менее имело какое-то особое значение для Дилана Морана.

Войдя в бар, я не узнал официантку, что, вероятно, было и к лучшему. Я сомневался в том, что меня обслужили бы в этом заведении, если бы узнали. Я сел в дальнем углу, стараясь сдержать поток нахлынувших воспоминаний о том вечере. Я делаю замечание типу за соседним столиком, его подруга советует мне не лезть не в свое дело, он выплескивает виски мне в лицо. Это был караоке-бар, и у меня в голове болезненно звучало неумелое исполнение песни «Кома» одним из посетителей, ставшее аккомпанементом драки.

– Желаете что-нибудь выпить? – угрюмо спросила официантка, азиатка с вишнево-красными волосами.

– Водку со льдом, – сказал я. Но когда официантка уже направилась к стойке, я остановил ее: – Подождите! Не надо водки. Просто содовой.

– Как скажете, – пожала плечами она.

После того как официантка принесла заказ, я с ясной головой выпил содовую и заказал еще. Чаевые я дал такие, словно она принесла мне восемнадцатилетнее виски. Бар постепенно заполнялся: люди заходили, чтобы расслабиться после работы. К четверти седьмого Роско так и не появился, и я уже начинал гадать, не собирается ли он сделать вид, будто я был игрой его воображения.

Однако в половине седьмого Роско подсел ко мне за столик. Заметив стакан содовой передо мной, он не пожелал присоединиться к моей трезвости. Даже став священником, Роско остался ценителем виски со льдом, и таким же он был и сейчас. Он заказал коктейль и не сказал ни слова до тех пор, пока стакан не оказался у него в руке и он не отпил глоток.

– Я заезжал к тебе на работу, – сказал Роско. – Хотя, я так понимаю, на самом деле это не твоя работа, так?

– Да, ты прав.

– Дилан был там. Я его видел. После чего я поехал прямиком сюда, нигде не останавливаясь, и здесь ты. Я должен был увидеть это своими собственными глазами, понимаешь, что я хочу сказать?

– Понимаю.

Роско покачал головой:

– Множественные миры, Множественные сознания. Я посмотрел, что это такое. Весь этот бред кажется мне полным безумием.

– Сначала я подумал то же самое. Но это то, что происходит со мной.

– Ты другой Дилан. Я хочу сказать, ты такой же, но ты другой.

– Совершенно верно.

Окинув меня взглядом, Роско отпил еще глоток.

– Когда я смотрю на тебя, поверить в это проще. В тебе что-то не так, тут не может быть никаких сомнений. Твое лицо, глаза, поведение.

– Я встретился еще с одним Роско, который сказал мне то же самое.

– Ты больше похож на моего Дилана, каким тот был несколько лет назад. Он с тех пор сильно изменился. А ты? Почти нет. В отличие от него, ты еще не нашел себя. Хотя мне понравилось то, что ты больше не пьешь. Это хорошее начало.

– Ты тоже изменился, – сказал я.

– Дай-ка я сам догадаюсь. В твоем мире я священник.

– Был священником.

– Порой я гадаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я избрал этот путь, – усмехнулся Роско. – Наверное, то же самое можно сказать про всех нас.

– Поверь, в последнее время я просто одержим этой мыслью.

Кивнув, Роско обвел взглядом зал.

– Знаешь, я не случайно пригласил тебя именно сюда. Это то самое место, где изменилась жизнь моего Дилана.

– И моя тоже.

– Расскажи, что произошло с тобой здесь.