Минуты путались в один ком, но Мия даже не тратила свои силы чтобы его распутать. Только ловила себя на мысли, что новая минута — такая же блеклая и бесполезная, что и предыдущая. Трудно было разобрать какая минута шла по счёту, но в какой-то момент эта однотипность нарушилась: Мия услышала голос, но почему-то совершенно не услышала шагов. Это тот человек, который ходит очень тихо и никогда не издаёт лишнего шума. Голос Глэдис звучал обеспокоенно, но голову поднимать не хотелось. Стыдно было смотреть на неё этим пустым взглядом. Но снова и снова задаваемый вопрос не растворялся в воздухе, и пришлось ответить.
— Мия, что с тобой произошло? Почему ты здесь?
— Я не могу спать.
— Почему не можешь?
— Не получается.
— Не получается что? — её тревога не давала голосу трещать по швам. — Что тебе мешает? Кошмары?
— Странный сон. И всё на свете.
Глэдис опустилась перед ней на колени, взяла за руку и принялась ждать. Ничего не говорила, а когда непреодолимая усталость прошла, помогла подняться.
Мия не без усилий встала, и Глэдис, не отпуская руки, повела её в свою комнату. Там было то самое спокойствие, которое раньше хотелось назвать давящей тишиной. Горела настольная лампа. Мия села за стол, и возникло чувство, что она впервые за долгое время может различать звуки, а не написанные в блокноте буквы.
— Почему ты сидела у своей двери?
— Всё, как я и сказала. Мне приснился странный сон, и я не смогла заснуть. И не могла оставаться в комнате.
— Почему? Тебе там страшно?
— Очень много мыслей. Я не могу выбросить их из головы, но и не могу перестать думать. Полный бардак, Глэдис. И есть ещё кое-что. Неприятное.
— Ты можешь не спешить. Даже нескольких слов будет достаточно.
Мия опёрлась на стол и прикрыла глаза ладонями. Она понимала, что самое трудное, что можно сделать в этом состоянии, — произнести первые слова. Найти их, всё равно, что слепить снежок кровоточащими руками. Дальше всё превратится в снежный ком и покатится само по себе — говорить станет проще. Но пока лишь чувство отвращения к себе от того, что она жалуется и выливает на собеседника ненужную ему грязь.
Чувство, которое минута за минутой можно пересилить, если попытаться. Если от тебя не просят что-то сиюсекундно, не подгоняют и просто дают собраться с мыслями. Мия бы держала рот на замке ещё долго, ощути она давление. Но с этим человеком и в этой комнате, все злополучные правила почему-то переставали работать.
— Мне постоянно снится образ какого-то существа. Я не знаю его пола, даже имени и… вообще ничего о нём не знаю. Оно не хочет вредить мне, но всё чаще всплывает в сознании, и это меня пугает. А я не могу выйти с ним на контакт. Прогнать его. Или попросить приходить реже. Раньше оно появлялось не так часто. Просто приходило в самые неожиданные моменты. Во время применения аромата. Когда я спала. Когда я подолгу оставалась одна.
— А сейчас? Каждый день?
— Сейчас мы будто в одной комнате живём. Оно постоянно там, — Мия вяло постучала костяшками по лбу.
— Опиши его хотя бы поверхностно, пожалуйста.
— Жёлтые глаза. Непередаваемый на словах голос. Оно всегда стоит сзади. Хочу прогнать и одновременно понимаю, что это самое близкое, что у меня есть. Это всё.
— Существо не уходит даже когда видит, что у вас не получается общаться, верно?
— Если честно, думаю, оно хочет помочь. Лезет глубже и глубже, чтобы вырвать прогнивший корень. Раньше такого не было, мы просто наслаждались присутствием друг друга, а сейчас мне кажется… Глэдис, мне кажется, что оно прожигает во мне невидимую дыру. И это ощутимо даже физически. Словно где-то здесь, в сердце, иголка застряла. — Мия пальцем указала туда, где было больно. — Только знать бы самой, откуда этот корень во мне появился. Наверно, это всё наш разговор с Фридой. Кошмар. И что остальные переживают обо мне, но я не становлюсь лучше. Я… Я ведь вообще не двигаюсь.
Глэдис протянула руку к своему зонту и раскрыла его над их головами. Пока Мия путалась в своих словах, она протянула руку наверх и что-то зачерпнула.
— Что мне со всем этим делать? — произнесла она и покосилась на огонёк, что находился в руке.
— Не знаю, — прошептала девушка. — Я не знаю, милая.
Ладонь Глэдис коснулась виска и лазурный огонёк, что в ней прятался, точно будто прошёл сквозь кожу. Светлячок, что улетел куда-то прямо к центру сознания, где скапливались все страхи — так Мия это представила.
