«Но было нечто, что они построили, столь же впечатляющее, как Пуэбло-Бонито», — продолжила Нора. «Сложная система так называемых дорог. Эти дороги расходились из Чако, словно спицы колеса, и пересекали части Нью-Мексико, Аризоны, Колорадо и Юты. Но это были не «дороги» в нашем понимании этого слова – чакоанцы не изобрели колесо и не имели вьючных животных. Им не нужны были прямые, широкие, асфальтированные дороги. Но они всё равно их строили – абсолютно прямые линии одинаковой ширины: девять метров. Вместо того, чтобы огибать холмы и петлять по каньонам, как это делают обычные дороги, они прорезали холмы, чтобы оставаться прямыми. Самая длинная из этих дорог, называемая Великой Северной дорогой, тянется более ста миль строго по направлению с севера на юг, даже лучше, чем геодезические линии, проложенные американскими инженерами в начале XX века. И всё это они делали без компасов, используя только солнце и звёзды для определения направления». Она сделала паузу, чтобы отпить кофе. «По этим и другим причинам ученые и историки полагают, что эти дороги имели некое церемониальное назначение, выходящее за рамки простого перемещения».
«Значит, главы были о дорогах Чако?» — спросила Корри.
«Косвенно — да. Но не только дороги, но и маяки, которые шли вдоль них».
«Маяки?» — спросила Корри немного скептически. «В пустыне?»
На вершинах пиков и холмов чакоанцы устанавливали массивные каменные очаги, в которых разжигали гигантские костры, видные издалека. Эти маяки были расположены таким образом, что за одну ночь сообщения с помощью огня могли быть переданы по всей обширной территории Чако: более ста тысяч квадратных миль. И дороги, казалось, следовали самым длинным путям света.
«Так для чего же они были нужны?» — спросил Уоттс. «Для навигации?»
«Определенно нет, поскольку ландшафт и так был полон заметных достопримечательностей. Точное предназначение этих мест до сих пор остаётся загадкой. Созывали ли они верующих, направлявшихся по дорогам в Чако для проведения религиозных церемоний? Или общались с богами? Или передавали важную информацию о погоде, осадках и урожаях? Или же система дорог и маяков имела военное назначение? И если да, то какое? Кого они боялись?»
«Инопланетяне?»
«Очень смешно», — сказала Корри, подтолкнув его, когда он ухмыльнулся и сделал еще глоток.
Маяки, в некотором смысле, ещё более загадочны, чем сами дороги. Никто не знает их истинных размеров и сколько их существовало — в районе Четырёх Углов так много скальных шпилей, что потребовалась бы целая вечность, чтобы осмотреть их все.
«Похоже, это очевидная задача для археологов», — сказал Уоттс.
«Попробуйте, пожалуйста. В любом случае, вот мы и добрались до последних глав Драйвер. Как только я их прочитала, стало ясно, к чему ведёт остальная часть её диссертации. Взгляните на эту карту». Нора указала на один из развёрнутых листов. «Видите эту линию точек, идущую на северо-запад? Это известные маяки Чако. Теперь посмотрите сюда — дальше». Она указала ещё на несколько точек, отмеченных на карте неровной дугой. «Видите эту дугу? Она представляет собой семь башен маяков, продолжающих дугу известных маяков. И каждая из этих семи башен — чёрная вулканическая пробка. Эта и эта — вершины пустошей, где были найдены тела женщин. Ещё пять».
«Ни хрена себе!» — пробормотала Корри, вытаращив глаза.
В утерянных главах Драйвера предполагалось, что захватчики, которых так боялись древние чакоанцы, были не кем иным, как племенем галлина. И эта дуга маяков — превосходящая все известные ранее — проходила прямо по реке Чама, где жили галлина. Драйвер считал, что эти семь маяков служили системой раннего оповещения, своего рода древней линией DEW, предотвращающей возможное вторжение галлина.
«Откуда она могла это знать?» — спросил Уоттс.
«Не уверена. Похоже, Драйвер никогда не посещала или, по крайней мере, не поднималась на вершины, которые она отметила здесь, за пустошами. Похоже, её главы были удалены до того, как она смогла убедиться, что дуга вулканических жерл действительно была маяками».
Корри и Уоттс всмотрелись в карту.
«Как странно», — сказала Корри.
«Становится ещё страннее», — сказала Нора. «В своей диссертации Драйвер выдвигает теорию, которую она приписывает Оскарби. Происхождение галлина всегда было загадкой. Драйвер, цитируя Оскарби, говорит, что галлина были ветвью индейцев тотонтеаков в Мексике. Они каким-то образом поссорились, или раскололись, и народ галлина пришел на север, сюда, принеся с собой свою культуру и религиозные обычаи. В конечном итоге они вступили в конфликт с народом Чако, который считал их ведьмами, или злыми, или в каком-то роде опасными, — и уничтожил их». Она сделала паузу. «По крайней мере, эта последняя часть согласуется с тем, что известно: около 1200 года н. э. на народ галлина было совершено разрушительное геноцидное нападение, которое уничтожило их одним ударом, подобным удару молота».
«Господи», — сказала Корри, качая головой.
«Я немного запутался», — сказал Уоттс. «Кто здесь был плохим, а кто хорошим?»
