Трудно сказать. Минут тридцать, может, больше. Проблема в том, что турбулентность в ясном небе не видна на радаре, поэтому я не могу точно определить её масштаб. Именно это и делает её опасной — наряду с восходящими потоками и пылью.
Уоттс откинулся назад, чувствуя, как раздражение смешивается с нервозностью. За тридцать минут с Корри и остальными может случиться многое.
СО СВЯЗАННЫМИ ЗА СПИНОЙ РУКАМИ НОРУ и остальных вывели из каньона по, очевидно, скрытой тропе, по которой культисты пробрались вперёд, обошли их и устроили засаду. Нора поняла, что пока они карабкались по расщелине каньона, думая, что сбегают, члены культа, очевидно, разгадали их план и затаились, готовясь захлопнуть ловушку.
Главный культист – фигура в белом – нёс большой фонарь «Маг» в дополнение к револьверу. У нескольких других были налобные фонари, закреплённые на их рыжих волосах. Никто не говорил, кроме Скипа, который – язык которого, видимо, развязался от коктейля из тревоги, обиды и наркотиков – начал нести ругательства. «Вы, ребята, кучка позеров», – громко говорил он. И «Придурки, которые играют в индейцев с каменными ножами и проводят фальшивые ритуалы, якобы постигая мудрость древних, – но современные удобства, такие как фонарики и пистолеты, – это нормально, не так ли?» И «Жаль, что мы расстреляли вашего основателя -мудака, Оскарби, в конфетти». Его игнорировали, пока он не сказал: «Нора, можешь ли ты поверить, что этот клоун в белом, со всеми его страшными отпечатками рук, днём всего лишь сутулый академик по имени Бромли…»
В этот момент фигура в белом резко повернулась и ударила Скипа по голове рукояткой пистолета, отчего тот упал на землю. Двое телохранителей схватили Скипа и подняли его на ноги, ошеломлённого, с залитым кровью лицом.
На мгновение Нора ощутила шок и недоверие. Злобный, кровожадный главарь — это Бромли, тот самый придурок, которого Корри допрашивала? Но почти сразу всё сложилось воедино, и всё стало проясняться. Он не был похож на психически неуравновешенного лидера культа вроде Чарльза Мэнсона — но разве не так всегда говорили о серийных убийцах, когда уже было слишком поздно? А здесь, в этом наряде, — законченный псих.
Скип, под воздействием наркотиков или нет, похоже, немало узнал с момента своего первого пленения. Но оглядываясь назад, это становилось логичным. Оскарби не уехал в Мексику. Он погиб в каньоне. Бромли, должно быть, взял на себя руководство культом. Она на мгновение задумалась, как умер Оскарби. В любом случае, его последователи бережно сохранили его тело, несомненно, подпитывая слухи о его возвращении в Мексику.
Скипа, истекающего кровью и теперь молчащего, вели вперёд по тропе, за ним следовали Нора, Корри и остальные культисты. Тропа шла по краю каньона несколько миль, прежде чем спуститься вниз через скрытую расщелину в скале.
Норе пришло в голову, что с этой точки обзора на краю обрыва кто-то мог заметить пламя на том месте, где разбили лагерь Скип и Эдисон. И кто-нибудь с достаточно мощным биноклем мог бы наблюдать за этим берегом реки — проверить, не пыталась ли она и остальные сбежать в этом направлении.
Расщелина спускалась к каньону через ряд крутых каменных лестниц, искусно проложенных в трещинах и расщелинах скалы – очевидно, это была древняя тропа. Когда они вышли на дно каньона, Нора увидела отблески костра на плато – месте, где проводились ритуалы. Их провели по дну каньона, а затем на вершину. После того, как их доставили к входу в киву, им развязали руки.
Белая фигура — Бромли — указала пистолетом. «Вниз».
Они спустились по лестнице, за ними последовали Бромли и несколько членов культа. Четыре слабо пылающих факела освещали пространство, и Нора на мгновение замерла: на изогнутой стене кивы красовалась фреска с изображением Пернатого Змея из ацтекской мифологии. В резных нишах под карнизом, называемых нишос, хранились различные древние сокровища: керамические кувшины, амулеты, дубинки, костяные флейты, лук со стрелами и другие артефакты, хорошо сохранившиеся и представлявшие неоценимую археологическую ценность. В другом нише, отдельно стоящем, стояла большая расписная керамическая чаша, доверху наполненная празиолитовыми камнями-молниями.
Её резко вернул к реальности Бромли, усевшийся на нелепый трон из песчаника. «Выводите
Двое сектантов принесли ступку, из которой Бромли извлёк воскообразное вещество и скатал его в большой зеленовато-коричневый комок. Один из членов культа схватил Нору сзади, и она почувствовала холодное лезвие каменного ножа у горла.
«Возьми», — сказал Бромли, вставая и подходя к ней, держа в руке жирный шарик. Она почувствовала, как нож впился ей в кожу. Она открыла рот, и он вложил туда этот отвратительный шарик.
«Прожуй и проглоти».
Нора прожевала эту ужасную штуку, а затем проглотила ее, стараясь не вызвать рвоту, понимая, что это будет означать лишь добавку.
Затем появилась миска какого-то вонючего супа, в котором плавали кусочки дохлых насекомых. «Вот и счастливый сок», — громко сказал Скип.
"Напиток."
