Синий мурлон запрыгнул на стойку и показал монеты трактирщику. Тот глянул одним глазом, лениво сгреб монеты и забросил куда-то под стойку. Мурлон тем временем перевернул пару деревянных кружек. Трактирщик, не поворачиваясь, протянул руку назад и снял с полки объемную бутыль, почти доверху наполненную красноватой жидкостью. Встряхнул. Кое-как сидящая пробка свалилась на пол. Трактирщик небрежно перевернул бутыль, и синий мурлон подставил под булькающую струю первую кружку. Наполнив ее почти до краев, ловко сменил на другую. Когда и она наполнилась, трактирщик снова перевернул бутыль горлышком вверх и отставил назад. Хотя все это было проделано лениво и небрежно, на пол не пролилось ни капли. Мурлон прыгнул вниз-вверх, поднял пробку и вернул ее на место. Вокруг каждой кружки в астрале сплелся кокон левитации. Он был слабенький и полупрозрачный, но и этого хватало, чтобы мурлон смог унести сразу обе. Тот подхватил их за ручки, и запрыгал по столам обратно.
Вино выплескивалось при каждом прыжке, но мурлон всякий раз ловил его, подставляя кружки именно туда, где в скором времени должны были пролететь капли. Иногда выплеснутое из одной попадало в другую, но ничего не пролетало мимо. Допрыгав до стола, где сидели Дагон и его отец, мурлон небрежно шваркнул кружки перед ними. Юноша подозрительно покосился на то, что здесь именовалось вином, и окончательно загрустил. Его отец, напротив, с жадностью вцепился в свою кружку. Ополовинив ее одним махом, он окинул помещение неприязненным взором.
- Они думают, кроме их дурацкой магии и нет ничего!
Юноша вздрогнул, и как-то воровато огляделся. Никому не было никакого дела то того, что думает какой-то пьянчужка о том, что думают они. Только синий мурлон бросил на него резкий недовольный взгляд.
- Выпил на четверть медяхи, а пасть на золотой разевает, - проворчал он.
Один из подозрительных типов призывно махнул рукой. Мурлон повернулся, и послушно упрыгал к ним.
- Так, - решительно сказал Хитрец.
Что "так" он еще не придумал, поэтому немного помолчал, собираясь с мыслями, и повторил:
- Так.
- Надо выяснить, где эта ферма, - подсказал Умник. – Давайте поймаем этого, прыгающего…
- Да ну его, - отмахнулся Хитрец. – Сами разберемся. Ну кто тут нам наиболее симпатичен?
- Суп, - неожиданно ответил Толстяк.
- Где?
Толстяк слегка пожал плечами.
- Ну, этот прыгающий сказал, что суп готов… Он может и налить…
- В обмен на три монеты, - напомнила Лохмушка. – Он такой же жадюга, как и те, у Создателя. Помнишь, как там получилось?
Толстяк сердито фыркнул.
- Там их было много, - пробурчал он.
- А здесь, думаешь, нет? – спросила Лохмушка.
- Может, и нет, - неожиданно поддержал Толстяка Умник. – Все-таки Создатель – великий маг, а этот Даг – просто трактирщик.
Успевшие опять проголодаться ташаски единодушно поддержали Умника, и Хитрец сдался.
- Ладно, проверим. Идем к стойке. Только тихо!
Тихо, разумеется, не получилось. Дружно спрыгнув со скамейки, они эту скамейку опрокинули.
- Эй, кто там мебель ломает? – недовольно крикнул синий мурлон.
Задремавший трактирщик грозно приоткрыл один глаз. Ташасы поспешили юркнуть под ближайший стол.
- Магические существа, - нарочито громко сообщил отец Дагона. – Кто же еще? Развели тут…
- Поговори у меня, - буркнул трактирщик, и решительно захлопнул глаз, давая понять, что разговор окончен.
Синий мурлон взмахнул лапками. Скамейка по-стариковски крякнула, отделилась от пола и встала обратно на ножки. Ташасы, улучив момент, незаметно перебежали под соседний столик. Вроде как их там и не было. На этом инцидент мог бы считаться исчерпанным, но у отца Дагона оказалось свое мнение на этот счет и он не замедлил довести его до сведения окружающих.
- Пап, не надо, - взмолился юноша.
- А разве я не прав?! – гневно возразил в ответ тот. – Куда не сунься – везде эти магические твари. Наплодили! А если человек – не маг, так ему уже и творить нельзя?! Сразу в утиль?! Не дождетесь, говорю я вам!
- Ты лучше заткнись! – крикнул кто-то.
- А вот не заткнусь! – решительно возразил разошедшийся обличитель современности.
- Пап…
- Да, не заткнусь! Что, не по ушам правда-то?!
Трактирщик Дак открыл оба глаза и сурово посмотрел в сторону возмутителя спокойствия. Ташасы тем временем добрались до стойки. Столешница казалось сплошной, но вот внизу справа под ней был очень широкий проход. Ташасы перебежали туда и огляделись. Их маневра никто не заметил. Внимание зала безраздельно принадлежало пьяному оратору.
- Ну и куда теперь? – тихо спросил Хитрец.
Толстяк пожал плечами и с надеждой посмотрел на Умника. Тот тихо фыркнул.
- Я-то откуда знаю?
- Ну ты же у нас самый умный, - заявил Толстяк.
- Хм…
