Бесприданница полностью

Г л у м о в. Тот, кто истинно любит.

М а м а е в а. Да ведь этого не бывает.

Г л у м о в. Вот вам доказательство, что бывает.

¹ Наемные убийцы (ит.).

М а м а е в а. Вы герой! Вы герой! Ваше имя будет записано в историю. Придите в мои объятия. (Обнимает его.) Ну, прощайте, душа моя! Жду вас сегодня вечером. (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Г л у м о в (один). Ну, как гора с плеч! Пора к невесте. (Берет шляпу и смотрится в зеркало.) Разумеется, все это мелочи; но когда дело-то рискованное, так всего боишься. Прав-то у меня на эту невесту и, главное, на это приданое никаких. Все взято одной энергией. Целый замок висит на воздухе без фундамента. Все это может лопнуть и разлететься в прах каждую минуту. Поневоле будешь пуглив и осторожен. Ну, да теперь мне бояться нечего! Клеопатру Львовну успокоил, Голутвину заплачено. Пока я все уладил. (Нараспев.) Все уладил, все уладил! Я с этими хлопотами рассеян стал. Шляпа, перчатки… Где перчатки, где перчатки? Вот они. (Подходит к столу.) В этом кармане бумажник, в этом дневник. (Не глядя шарит рукой по столу, а другую опускает в задний карман.) Платок здесь. (Оборачивается к столу.) Что такое? Где же? (Открывает ящик.) Куда я его засунул? Да что ж это такое? Вот еще беда-то! Да нет, не может быть! Я его здесь положил. Я сейчас видел его. А-ах!.. Где же он? Нельзя, нельзя… (Стоит молча.) Падает, все падает… и я валюсь, в глубокую пропасть валюсь. Зачем я его завел? Что за подвиги в него записывал? Глупую, детскую злобу тешил. Нет, уж если такие дела делать, так нечего их записывать! Ну, вот и предоставил публике «Записки подлеца, им самим написанные». Да что же я сам-то себя ругаю! Меня еще будут ругать, все ругать. Кто же это? Он или она? Если он, я выкуплю; он на деньги пойдет; еще беда не велика. А если она? Ну, тут уж одно красноречие. Женское сердце мягко. Мягко-то оно мягко; зато ведь уж и злей-то женщины ничего на свете нет, если ее обидеть чувствительно. Страшно становится. Женщина отомстит ужасно, она может такую гадость придумать, что мужчине и в голову не придет. Ну, уж делать нечего! Бездействие хуже. Пойду прямо в пасть к геенне. (Уходит.)

ЛИЦА

ТУРУСИНА.

МАШЕНЬКА.

МАМАЕВ.

МАМАЕВА.

КРУТИЦКИЙ.

ГОРОДУЛИН.

ГЛУМОВ.

КУРЧАЕВ.

ГРИГОРИЙ.

Большая терраса на даче, прямо сад, по сторонам двери.

К у р ч а е в и М а ш е н ь к а выходят из гостиной.

К у р ч а е в. Как все это быстро сделалось.

М а ш е н ь к а. Я сама не понимаю. Тут или самая тонкая интрига, или…

К у р ч а е в. Чудо, вы думаете?

М а ш е н ь к а. Я ничего не думаю, я просто голову потеряла.

К у р ч а е в. Я его знаю давно и ничего особенного в нем не замечал; кажется, человек хороший.

М а ш е н ь к а. Он явился каким-то неотразимым. Всё за него. Все знакомые тетушки рекомендуют прямо его, приживалки во сне его видят каждую ночь, станут на картах гадать – выходит он, гадальщицы указывают на него, странницы тоже; наконец, Манефа, которую тетушка считает чуть не за святую, никогда не видав его, описала наружность и предсказала минуту, когда мы его увидим. Какие же тут могут быть возражения? Судьба моя в руках тетушки, а она им совершенно очарована.

К у р ч а е в. Значит, отдадут ему вас, отдадут деньги, – добродетель награждается, порок наказан. С вашей стороны возражений нет, а про меня и говорить нечего: я должен в молчании удалиться. Еще с кем другим я бы поспорил, а перед добродетельным человеком я пас; я никогда этим не занимался.

М а ш е н ь к а. Тише! Они идут.

Входят Т у р у с и н а и Г л у м о в.

Те же, Турусина и Глумов.

Турусина садится в кресло. Глумов останавливается с левой стороны и кладет руку на спинку кресла. Курчаев стоит справа, несколько потупившись, в самой почтительной позе. Машенька у стола перелистывает книгу.

Г л у м о в. Когда я почувствовал призвание к семейной жизни, я взглянул на это дело серьезно. Жениться для того, чтобы взять деньги, это не в моих правилах, – это было бы торговая сделка, а не брак, – установление священное! Жениться по любви… но ведь любовь чувство преходящее, плотское! Я понял, что в выборе подруги на всю жизнь должно быть нечто особое, нечто роковое для того, чтобы брак был крепок. Мне нужно было найти кроткое женское сердце, связать его с своим неразрывными узами; я говорю: судьба, укажи мне это сердце, и я покорюсь твоим велениям. Я вам признаюсь, я ждал чего-то чудесного! Чудесного много на свете, только мы не хотим заметить его.

Т у р у с и н а. Я сама то же говорю, но не все верят. (Взглядывает на Курчаева, тот шаркает ногой и кланяется.)

Г л у м о в. Я ждал чуда и дождался чуда.

К у р ч а е в. Скажите! Дождались. Это чрезвычайно любопытно.

Г л у м о в. Я поехал к одной благочестивой женщине.

К у р ч а е в. Не к Манефе ли?