– Позови Уиллу, – отвечаю я. Потому что она – единственный человек, который мне сейчас нужен.
Джаспер понимающе смотрит на меня, а затем кивает и уходит. Через несколько минут он возвращается уже с Уиллой.
Уилла выглядит бледной, глаза прищурены, но она не суетится вокруг меня. Это не в ее характере, и, кажется, за это я люблю ее еще больше.
– Какая приятная встреча, Итон. Пытаешься геройствовать и ломаешь себе пальцы? – юмором она отгоняет тревогу, и я вовсе не против. Сарказм хорошо отвлекает.
Возвращается Ретт и протягивает уже открытое пиво.
– Нет. Он пытался геройствовать и самостоятельно вытаскивал ногу теленка.
Я поднимаю бутылку, обращаясь к Уилле:
– За тебя, детка. Сегодня ты будешь медсестрой.
– Да? – Она подходит ближе, касается пальцами моего плеча, ведет их вниз к запястью и берет меня за руку. Бросив взгляд на быстро темнеющие пальцы, она добавляет: – Кажется, медсестрой я наряжалась на прошлый Хэллоуин.
Господи. А во что она на Хэллоуин не наряжалась?
Я застонал и прикрыл глаза, услышав смех братьев. Последнее, что мне сейчас нужно, так это каменный стояк в придачу к сломанным пальцам.
– Ладно, чемпион. Поехали в больницу. – Уилла поглаживает меня по спине. – Парни, я беру его. Девочки присматривают за Люком. Думаю, он в раю: две блондинки крутятся исключительно вокруг него.
– Поговорим о фигуре матери, – шутит Ретт под дружные стоны. Пусть он скажет что-нибудь неуместное прямо сейчас.
– Гребаный клоун, – бормочу я, рассеянно целуя Уиллу в макушку.
На мгновение становится жутко тихо, и я понимаю, что только что поцеловал няню своего ребенка на глазах у этих шутников и даже не задумался об этом.
Уилла откашливается, чтобы нарушить тишину.
– Мы закончим с коровами и приедем в больницу, – говорит Джаспер.
Ретт фыркает:
– Он всего лишь пальцы сломал. Думаю, выкарабкается.
На меня находит смех, потому что все это полный отстой, а Ретт достоин похвалы.
– Спасибо, ребята.
И мы молча уходим к припаркованной у сарая машине. Когда я встречаюсь взглядом с Уиллой, то замечаю, что ее глаза широко раскрыты и полны беспокойства, поэтому я шепчу ей:
– Не переживай, детка. Со мной все будет хорошо.
Она шмыгает носом и расправляет плечи.
– Я знаю, – твердо говорит она, напустив на себя суровый вид.
– Ты перепугалась? – спрашиваю я, устраиваясь на пассажирском сиденье своего грузовика.
– Конечно, – спокойно отвечает она, запрыгивая на водительское место. – Я знаю, насколько хорошо ты можешь меня трахать левой рукой.
Я хихикаю, и улыбка не сходит с моего лица всю дорогу до больницы, потому что в мире есть только один человек, способный меня рассмешить в такой момент.
И осознание того, что именно Уилла и есть этот человек, настигает меня именно сейчас.
Больница в Честнат Спрингс небольшая. С персоналом вечные проблемы. А время ожидания – зверское.
Думаю, ожидание в несколько часов не должно меня удивлять. Сначала общая зона ожидания. Потом рентген. И наконец мы проходим в отдельную комнату, где ждем еще и доктора.
Уилла все это время держит меня за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони, и это каким-то чудом притупляет боль.
К нам в приемную, глядя в планшет, заходит доктор, и Уилла вытаращивает глаза:
– Уинтер?
Врач вскидывает голову, удивление в ее ледяных глазах мелькает лишь на секунду.
– Уинтер, сестра Саммер? – выпаливаю я, потому что слышал истории об этой женщине. Отчужденная сестра Саммер. Как в крупной семейной драме. Однажды за пивом Ретт рассказал мне об их ссоре, и тогда история напомнила мне сюжет мыльной оперы.
Чертовы богачи.
– Да, – она поджимает губы и цокает каблуками по полу, закрывая дверь. – Единственная и неповторимая. Уверена, вы слышали только хорошее, – сухо говорит она и добавляет: – Но я гарантирую: ваши пальцы в хороших руках, мистер Итон.
Боже, еще одна женщина, которой не помешала бы постоянная похвала. Я наблюдаю за ее скованными движениями, за тем, как она поджимает губы, когда смотрит на Уиллу. Они с Саммер одновременно похожи и нет.
Уинтер и Саммер… Кто бы с ними это ни сделал, он заслуживает пинок под зад.
– Уинтер, как ты? Что ты тут делаешь? – спрашивает Уилла мягким настороженным голосом, пока врач натягивает перчатки.
Уинтер игнорирует вопросы. Они будто даже не отражаются на ее лице.
– Давайте взглянем на ваши пальцы, мистер Итон. – Она протягивает мне руку, и я, морщась, подаю ей ладонь. Ее изящные пальчики ощупывают так нежно, что я их почти не чувствую.
– Оба пальца сломаны. Переломы довольно чистые, но, судя по тому, что я вижу на рентгеновских снимках, все же присутствует несколько костных осколков. Мы могли бы провести хирургическое вмешательство…
– Я не…
Она резко обрывает меня пристальным взглядом:
– Я еще не закончила.
Боже правый, эта женщина наводит ужас. Я закрываю рот и широко распахиваю глаза, показывая, что она может продолжать.
