– Крессида Роузблад жива… – Серафина прищурилась. – И каким-то образом ей удалось собрать армию ведьм.
– Это не Крессида, – поправила ее Руна. – Это моя подруга Верити.
Руна видела Крессиду раньше. Она и Верити были совсем не похожи внешне.
– Поверь мне, – продолжала Серафина, – эта девушка – Роузблад. Она просто изменила внешность.
Руна нахмурилась, вспомнив, как не смогла найти в общежитии комнату Верити. Ее постоянную усталость. Сильный аромат духов.
Масштаб поражал. Да и поддерживать образ другого человека два года подряд – волшебство, требующее огромной энергии и силы.
И много свежей крови.
Руна поежилась от неприятного чувства.
Верити отреагировала очень остро, почти болезненно, когда Руна упомянула, что сестры Роузблад использовали заклинания арканы. На последнем ужине знаменитостей Верити присутствовала… Могла она вызвать пожар заклинанием?
Получается, Верити и есть Крессида Роузблад?
– Мне жаль, – произнесла Серафина, – но твоей подруги Верити не существует. По крайней мере, сейчас точно.
– Вы хотите сказать, что Крессида
– Возможно и такое.
– Но это значит…
Это значит, что ближайшей подругой и доверенным лицом все два года была не Верити де Уайлд, а Крессида Роузблад. А Руна об этом и не догадывалась.
Она подпустила близко к себе
Чтобы устоять, пришлось опереться на деревянное ограждение.
Верити была ее подругой.
Они подружились через несколько месяцев после революции. Тогда Крессида уже лишилась власти и скрывалась. У нее было немало возможностей убить любого и завладеть его внешностью.
К горлу подкатила тошнота при мысли о настоящей Верити, которую использовала в своих планах королева-ведьма.
Руна увидела, как сквозь толпу ведьм к ним пробирается девушка, которая была для нее лучшей подругой. Несмотря на страх и ненависть, нельзя было не признать, что в этот момент она стала их с Серафиной единственным союзником.
Все остальные на площади желали им смерти.
Руна неожиданно вспомнила многочисленные случаи, когда Верити – нет,
Руна перегнулась через перила и выкрикнула громче бушевавшей грозы:
– Моя королева!
Молодая женщина, укравшая внешность Верити, подняла голову и устремила ястребиный взгляд на нее.
Руна подняла руки:
– Не поможете?
В воздухе появился плотный туман. Королева-ведьма улыбнулась, от чего у Руны по спине пробежали мурашки.
Ведьма вытянула белоснежную руку, на которой кровью были нарисованы множественные знаки заклинаний, и стерла одно из них. Иллюзия стала разрушаться.
Внешность Верити медленно менялась.
Вьющиеся каштановые волосы выпрямились и посветлели, стали по цвету напоминать луну. Карие глаза превратились в бледно-голубые – похожие на два кристалла. Формы тела также стали меняться, вытягиваться, и перед ними появилась стройная и изящная королева – такой ее помнила Руна.
Быстрым движением Крессида схватила одну из женщин в толпе, запрокинула ее голову, открывая доступ к горлу. Блеснуло лезвие серповидного ножа, и струи крови потекли по шее.
Руна смотрела как завороженная, потому слишком поздно отвела взгляд. Хватая ртом воздух, девушка камнем упала на землю. Крессида смочила кровью пальцы и нарисовала знак.
Заклинание мгновенно обрело силу. Щелкнули, открываясь, замки, и кандалы на руках и ногах Серафины и Руны повалились с грохотом на пол горящей платформы.
Руна и Серафина были свободны.
Окружавшая Гидеона толпа будто сошла с ума. Все кричали и толкались, пытаясь выбраться с площади, убежать подальше от наступавших ведьм. Он же, напротив, бросился вперед, выхватив пистолет.
Ведьмы превосходили его солдат численностью. Горящие огненные шары сразу убили стражей Кровавой гвардии на эшафоте. Оставались лишь те, кто охранял доступ к нему внизу. Этих людей было бы достаточно для проведения чистки, но никак не для отражения нападения ведьм.
Звуки выстрелов подтверждали, что ведьмы еще и вооружены.
Гидеон понимал, что Крессида не начала бы действовать без четко продуманного плана и детальной подготовки. От нее можно было ожидать всего.
Толпа быстро редела, оставались только ведьмы – десятки женщин, одетых в серое. Они двигались вперед единым потоком. Первые ряды стреляли и отступали, чтобы перезарядить оружья, открывая доступ стоящим за ними и прикрывавшим ранее.
Отовсюду доносился свист пуль. Гидеон отдал приказ солдатам Кровавой гвардии отстреливаться и отступать к платформе, которую, даже охваченную огнем, можно было использовать как укрытие.
Он отдавал приказы, не прекращая огня. Рядом оставалась только Лейла.
