– Я пойду с тобой, – уверенно заявила Верити, возвращая Руну в реальность.
– Что? Нет. Не стоит из-за меня портить себе вечер. – Руна опустилась на кровать. – У тебя домашние задания.
– А тебе придется произносить ужасную речь. В полном одиночестве. Меньшее, что я могу для тебя сделать, хотя бы поддержать морально. Вдруг мне удастся там что-то разведать. Могу сделать вид, что заблудилась, меня вызовется проводить какой-нибудь услужливый стражник, и по дороге я его расспрошу о тюрьме и ее охране…
Руна не стала обманывать себя, ведь ей, разумеется, будет приятно видеть рядом Верити, особенно если Гидеон решил не продолжать ухаживать за ней и не появится на вечере. Она оглядела подругу с головы до ног и произнесла:
– Надо подобрать тебе платье.
– Верно, – кивнула та, улыбнулась и направилась к шкафу Руны, забитому одеждой.
– Бери любое, за исключением зеленого, что висит на дверце.
Это было то, которое сшил для нее Гидеон.
Сама она добавила лишь потайной кармашек. Верити принялась перебирать наряды, а Руна открыла дверь в соседнюю комнату. Направилась к полке, чтобы взять на всякий случай пузырек с кровью, миновала стол, но остановилась – что-то на нем привлекло ее внимание.
Руна редко оставляла книги с заклинаниями лежать беспорядочно, а эту узнала сразу. Она подошла ближе и оглядела позолоченные края страниц толстого тома. Взяла в руки, открыла на первой странице и сразу вспомнила, что это одна из самых ценных книг бабушки – в ней очень много редких заклинаний.
Заклинания эти для Руны слишком сложные – они требуют много энергии. Почему и как книга оказалась на столе? Она не помнит, чтобы доставала ее из шкафа.
Может, это сделала Верити? Подруга любила листать книги в поисках новых заклинаний, которые, по ее мнению, могли бы пригодиться Руне.
О комнате знал только Алекс.
И Лизбет. Она приходила по просьбе Руны убраться – протереть полки от пыли и подмести пол.
На станицах книги приводились символы заклинаний, подробное описание процесса колдовства с иллюстрациями. Руна перелистнула несколько страниц, и книга внезапно, будто сама, открылась на середине, на заклинании «Раскол Земли».
На левой странице разворота указаны семь золотых заклинаний, каждое последующее сложнее предыдущего. Под ними – текстовое описание того, каков будет результат. На странице справа изображения городов, будто расколотых пополам. В одном случае землетрясением, которое разрушило здания, покрытие улиц, заставив жителей кричать от ужаса.
– Даже не думай об этом. – Руна подняла глаза на Верити, стоящую рядом с платьем, перекинутым через руку, и не сводящую взгляд со страницы. – Ты упала в обморок от заклинания, отпирающего двери, а от этого можешь впасть в кому.
Верити повернула книгу к себе, чтобы лучше разглядеть заклинание, и окинула взглядом строки.
– Для этого понадобится чужая кровь, и очень много.
Эти слова напомнили разговор с Гидеоном в лесу и сказанное им о сестрах-королевах. Если кто и мог сказать ей, правда ли это, так только Верити. Ее сестры дружили с Роузбладами и часто вместе занимались магией.
– Верити, тебе известно, правда ли сестры Роузблад использовали заклинания арканы?
Верити перевела взгляд с книги на подругу:
– Почему ты интересуешься?
– Я узнала от Гидеона нечто весьма странное и любопытное. – Щеки ее вспыхнули румянцем, когда она вспомнила о произошедшем на пляже. О том, как, сняв одежду, он отбросил ее на песок, вошел в море, позволяя воде добраться до самого торса.
А потом прикосновение его губ.
– Он рассказал, что Крессида и ее сестры убивали людей и кровь их использовали для заклинаний. Он сказал, их души разъедала черная магия.
– И ты ему поверила?
Руна вспомнила о клейме на груди Гидеона: красная, деформированная кожа с изображением розы и полумесяца. Одно это можно счесть подтверждением жестокости Крессиды.
– Я не знаю, стоит ли верить, но это объяснило бы их могущество.
Верити задумчиво посмотрела на подругу:
– Именно так мой отчим настроил маму против сестер.
– Что? – Руна вздрогнула и отшатнулась.
– Сестры использовали кровь других людей для заклинаний маджор. С их разрешения, разумеется. Однажды отчим застал их за занятием магией. После этого объявил колдовство мерзостью и убедил маму, что из них необходимо выбить все зло.
Руна смотрела на Верити с ужасом – она раньше ни о чем таком не рассказывала. Видя, что та вся дрожит, потянулась, взяла ее за руку и сплела пальцы.
– Как страшно.
Верити сжала ее руку так, что побелели костяшки.
– Он запирал их на несколько дней в чулане, бил ремнем по голым спинам. Заставлял по несколько часов стоять на коленях на битом стекле. – Верити впилась в ее ладонь ногтями, словно переживая их боль. – Хуже всего было то, что мама ему это позволяла. Она была поглощена горем, ведь много лет назад во время родов она потеряла нашу сестру и не смогла оправиться. Отчим использовал ее слабое здоровье против нее, убеждал, что мои сестры – воплощенное зло. Потому мама ничего не предпринимала, когда слышала их истошные крики. Приняла его сторону, а не своих дочерей.
