Бессердечный охотник полностью

Войдя в гостиную, Гидеон сразу прошел к круглому столу недалеко от камина, где около дюжины молодых мужчин играли в карты. В самом центре стола высилась горка монет. Был здесь и Ной Крид, и Барт Вентольт, были и еще несколько знакомых персон.

Алекс встал лицом к гостям и спиной к брату.

– Гидеон Шарп! – воскликнул Барт. Его рыжие волосы блестели и сливались с пламенем на заднем плане. Он указал на пустой стул. – Момент исключительный. Алекс, ты должен с ним сразиться.

Гидеон занял предложенное место. Алекс принялся тасовать колоду и широко улыбнулся ему через стол. Очевидно, что он рад был его видеть. Гидеон откинулся на спинку стула и стал рассматривать младшего брата. В нем, несомненно, много положительных черт. Алекс достаточно общительный и чувствует себя легко в светском обществе. У него много друзей. Он часто устраивал приемы и принимал приглашения. Алекс способен поддержать беседу с любым человеком. Он никогда не злился, не бросал грозные взгляды, не ввязывался в споры. Тот удар на ринге был исключением и произошел в большей степени по его, Гидеона, вине. Алекс знал толк в одежде и танцах. Использовал правильные приборы для каждого блюда, подавал вина, которые гости принимали с восторгом. Ему не было чуждо понятие верности как людям, так и делу. Даже бросив учебу, чего Гидеон не хотел всей душой, он не оставил занятия музыкой.

После революции именно Алекс остался с ним на несколько недель, чтобы помочь избавиться от зависимости от лауданума. Алекс не отходил от него, пока не закончилась ломка.

Гидеон не представлял, как бы выжил без младшего брата.

Руна Уинтерс, если она действительно искала себе мужа, не нашла бы кандидатуры лучше Александра Шарпа.

Мысль оставила кислый привкус во рту.

Прежде чем сглотнуть, Гидеон задался вопросом: «Возможно ли, что Алекс ее не любит? Стало бы это для меня сигналом прекратить самообман и позволить себе ухаживать за ней по-настоящему?»

Он даже на секунду расслабился и представил, как все могло бы быть. Пришлось бы присутствовать на ее балах и званых вечерах. Научиться танцевать под те мелодии, которые там звучали. Проводить меньше времени в Старом городе и больше в Уинтерси-хаус.

Пожалуй, он бы справился. Это небольшая плата за возможность долго гулять с ней в лесу. За привилегию спорить. Или редкий шанс видеть ее настоящую.

Все это пустое. Руки сами собой сжались в кулаки. Это может быть либо игрой ради дела, либо не происходить вообще.

– Гидеон? – Барт придвинул к куче в центре три медные монеты. – Ты играешь?

Он кивнул, не совсем еще вынырнув из фантазий.

– Да, поддерживаю. – Гидеон достал из кармана пиджака кошелек с деньгами, нашел три медные монеты и бросил в центр стола.

Алекс сдавал карты, и Гидеон заметил бледную полоску на загорелой коже у основания мизинца – там, где брат обычно носил кольцо.

Кольцо мамы.

После похорон он сам отдал его Гидеону. В голове мелькнула фраза, сказанная Харроу:

«За час до отхода на него доставили груз, который загрузили в последнюю очередь, – две бочки вина, привезенные каким-то аристократом».

На мизинце мужчины было кольцо.

«Оно было тонким и очень простым. Похоже на обручальное кольцо бедняка».

Гидеон наблюдал, как разлетались карты, раздаваемые руками брата, и пытался вспомнить, как выглядело кольцо мамы.

И сразу собрался, взяв себя в руки.

Алекс замешан в пособничестве ведьме? И это после того, что они сделали с нашей семьей?

Это немыслимо. К тому же Алекс не способен хитрить. Ему известно, как важно для Гидеона поймать Багрового Мотылька.

Алекс никогда не стал бы меня обманывать.

– Гидеон, твой черед.

Он поднял глаза и увидел, что Ной кивком указывает на карты у него в руках. Он оглядел игроков и понял, что все ждут только его.

Гидеон открыл карты – у него был стрейт.

– На прошлой неделе ты произвел фурор в светском обществе, – произнес Ной, вскрываясь. У него был флеш, следовательно, выиграл он, а не Гидеон.

– Да? И когда? – уточнил Гидеон.

– Когда появился на вечере Руны Уинтерс.

– Ах, это. – Теперь у Гидеона выходило две пары. – Ну, аристократов шокировать легко. Например, можно взять не тот прибор за ужином. Или надеть вещи не по сезону.

Ной улыбнулся, но глаза остались похожими на кусочки льда. Из двух детей Кридов Гидеон отдавал предпочтение Лейле, все негативные черты агрессивного характера которой были, как и ее оружие, всегда наготове и на виду. Ной не был таким… прямолинейным.

– Скажи, что на тебя нашло? На прошлой неделе вечер Руны, сегодня ты появляешься здесь за карточным столом. Так ты вскоре дашь собственный бал.

– Если я на это и решусь, – Гидеон поменял карты, – ты будешь первым, кому я отправлю приглашение.

Тонкие губы Ноя изогнулись в улыбке.

– Разве тебе не надо поддерживать репутацию самого недоступного холостяка Новой республики?