— Ты знаешь, о чём я, — проворчала она, вытирая покрасневшие глаза. — Не придирайся.
После этого Тирион какое-то время молчал. Кэйт высушила глаза, и ей вроде стало получше, но когда солнце стало клониться всё ниже, она снова начала тихо плакать. Протянув руку, он притянул её поближе к себе.
— Я — ужасная женщина, — сказала Кэйт.
Усвоив свой урок, Тирион промолчал.
— Что же это за мать, которая оставила своего двенадцатилетнего сына?
На это у него точно не было ответа.
— Плохая, — добавила Кэйт. — Вот, какая мать бросает своего ребёнка. Я — худшая мать в мире.
Тирион тихо хохотнул.
— Это была не шутка, — с чувством сказала она ему. — Я серьёзно.
— Я смеялся не над тобой, — объяснил он. — Я просто думал о том, что как плохой родитель я тебя переплюнул. Ты мне и в подмётки не годишься.
— Это так, — согласилась она. — Но я — худшая мать.
— Я бы поспорил на этот счёт, — сказал он ей. — Я могу вспомнить как минимум одну женщину, которая была гораздо хуже.
— О, — сказала Кэйт, осознав, что он имел ввиду её собственную мать. — Полагаю, это у меня наследственное.
— Ты ничем на неё не похожа, — ответил Тирион.
— Если кому и судить об этом, так это тебе, — с бледной улыбкой сказала она.
Он одарил её кислым взглядом:
— А вот это нечестно.
— Прости, — извинилась она. — Я сейчас чувствую себя стервозной. Сама не своя.
— Ты в последнее время водила плохую компанию, — сказал он, и снова сжал её плечи.
Сгущавшиеся сумерки окутывали всё полумраком, а Тирион смотрел на свой старый дом. Освещение соответствовало его настроению.
Кэйт ткнула его:
— Глазение на дом не поможет.
— Я не хочу им говорить.
— Если будешь ждать, легче не станет, — сделала наблюдение она.
— Я отнял у них всё, — печально сказал он.
Кэйт слезла с телеги, побудив его сделать то же самое:
— Это неправда. У них вообще не было бы Хэйли, если бы ты не допустил так много ошибок, или если бы ты не отнял её у деда.
— Или если бы её мать не совершила из-за меня самоубийство, — добавил он.
— Жизнь — трудная штука, Даниэл, — сказала Кэйт, взявшись за его голову двумя ладонями. — Но без тебя она всё равно была бы трудной. Люди рано или поздно умирают. Люди болеют, случаются несчастья. Ты не можешь винить себя за всё.
Он кивнул, и вместе они пошли к двери. Его отец открыл после первого же стука. Алан перевёл взгляд с Тириона на Кэйт, и обратно, прежде чем спросить:
— Чего вам?
— Алан, — донёсся изнутри голос Хэлэн. — Кто это?
— Это наш сын, — сказал Алан. Он шагнул назад, позволяя им войти, но радости на его лице не было.
Тирион жестом указал Кэйт зайти внутрь, а затем нырнул следом за ней в низкий дверной проём. Его мать уже обнимала Кэйт, но поспешила и его обхватить руками.
— Что-то приятно пахнет, — упомянула Кэйт, понюхав воздух.
Хэлэн вытерла руки о фартук:
— Просто рагу из баранины, — скромно сказала она.
— Нам достаётся очень мало мяса, если не считать дичи, — с лёгким энтузиазмом сказала Кэйт. — Среди Ши'Хар нету овец.
— Рагу осталось немного, — нервно сказала Хэлэн, бросая взгляд на мужа. — Я не ждала гостей.
— Пусть едят мою долю, — угрюмо сказал Алан. — Я всё равно потерял аппетит. — Взгляда он при этом не сводил с сына.
— Задерживаться мы не будем, — сказал Тирион. — Мы заехали, чтобы доставить печальные вести.
— Вот уж удивительно, — сказал его отец.
— Дело в Хэйли, так ведь? — тихо сказала Хэлэн. Она положила ладонь на спинку одного из деревянных кухонных стульев. Выдвинув его, она села так, будто боялась, что у неё откажут ноги.
Кэйт с сочувствующим выражением лица кивнула.
— Она мертва, — сказал Тирион. — Ши'Хар заставили её биться на арене, как и меня.
— Кто её убил? — сказал Алан с гневной настойчивостью в голосе.
Тирион уже некоторое время спорил сам с собой о том, как ответить на этот вопрос.
— Она победила в нескольких схватках, но потом её выставили против Бриджид, и она предпочла покончить с собой вместо того, чтобы причинить вред сестре, — сказал он. — Она умерла, защищая её.
— Больные ублюдки! — воскликнул Алан, возмущённый. — Они — напасть наших земель.
Хэлэн зыркнула на него, спрашивая взглядом, что он имеет ввиду.
— Лесные боги, — объявил он. — Они — как чума. Испортили моего сына, а теперь забрали мою единственную дочь.
— Я ненавижу Ши'Хар не меньше, а то и больше, чем любой из ныне живущих людей, но у тебя всё ещё есть тринадцать внуков и внучек, — проинформировал его Тирион. — Я изо всех сил пытаюсь сохранить им жизни.
— Внуков, внучек? — выплюнул Алан. — Так вот, как мне их следует называть? Я этих ребят едва знаю, и большинство из них ненавидит меня за то, что я — твой отец! Хэйли была моей дочерью, потому что мы с Хэлэн её вырастили вопреки тому, что ты сделал с её матерью. Я любил эту девочку, а теперь её не стало. Ты действительно считаешь себя отцом этим детям?
Тирион уставился на своего отца. Его лицо, кожа, нет, всё его тело похолодело.
На лице Алана Тэнника отразилось неприкрытое отвращение:
