– Мы твою машину к ордену представим за службу по обеспечению безопасности страны.
– Лучше резину смените.
– Ты грубый материалист, – махнул безнадежно рукой Комаров.
Днем и ночью шлялся Кравцов по Амстердаму. Он разыскивал следы антиквариата, контрабандно вывозившегося из России.
Он даже нашел лавку мадам Жанны. Той самой Жанны из Столешникова, с которой он когда-то крутился в общей развеселой московской компании. Сегодня он решил подкупить кое-что, поэтому отправился на главную торговую улицу Дамрак.
Когда он у отеля «Ланкастер» садился в игрушечный узенький трамвай, он почувствовал некий дискомфорт. Ощущение это не покидало его и на конечной остановке «Централь Статиен», и на набережной возле пристани прогулочных судов.
Только на главной торговой улице это странное ощущение покинуло его.
Кравцов сделал несколько покупок по мелочам и остановился у большого магазина, на витрине которого красовалось извещение о распродаже.
– Леонид Петрович. – Кто-то взял его за локоть. Кравцов оглянулся. Рядом с ним стоял его коллега по туристской группе Кондрашов.
– А, – улыбнулся Леонид, – наш таинственный спутник.
– У меня к вам дело, Леонид Петрович. Очень важное дело.
Кравцов посмотрел на него и понял, что дело действительно серьезное.
Они свернули в маленький переулок. Там прямо на мостовой стояли столики летнего кафе.
– Леонид Петрович, – Кондрашов достал пакет, – я читал ваши статьи и книги, а потом, мне просто некому довериться здесь.
– Вам нужны деньги? – спросил Кравцов.
– Нет, Леонид Петрович. Деньги мне не нужны. – Кондрашов заказал подбежавшему официанту два кофе и коньяк.
– Так в чем же дело? – Кравцов пригубил чашку с горячим, волшебно пахнущим кофе.
– Дело вот в чем. – Борис толкнул к нему пакет. – Вы можете, вернувшись в Москву, передать его в ФСБ? Да не оглядывайтесь. За вами от «Ланкастера» следил я.
– Что в нем?
– То, что прольет правду на ряд заказных убийств в Москве и здесь, в Амстердаме. О грязном бизнесе, которым занимаются весьма высокие люди.
– Я могу это прочесть?
– Как хотите, но вам тяжело и опасно будет жить с этими знаниями.
– А почему вы сами не поедете в Москву и не передадите письмо?
– Потому что я сам участник всех этих событий, и если меня не убьют мои шефы по дороге на Лубянку, то там меня просто посадят. Вы передадите письмо?
– Это очень важно?
– Да. Оно может остановить целую цепь убийств. Только упаси бог откровенничать с Лобановым.
– Он тоже?..
– Тоже.
– Тогда я улечу ночным рейсом.
Кондрашов полез в карман, положил на стол ключи.
– А это? – удивился Кравцов.
– Могу я попросить вас о личном одолжении? Сейчас я запишу вам телефон сестры, отдайте ей ключи от моей квартиры. Мне там уже никогда не жить. Прощайте и помните, что знания увеличивают скорбь. Так, кажется, сказал Екклесиаст.
Кондрашов встал и исчез за углом. Кравцов допил кофе, спрятал конверт и ключи в карман и поехал в гостиницу собирать вещи.
Правильно говорят, что жизнь как матрас. Одна полоска черная, другая светлая. Вот и попал майор Никольский на светлую полоску.
Беляков, который оформлял пенсию, без звука подписал его рапорт об отпуске, генерал Колесников отбыл с делегацией Центрального округа в Пекин, а Воробьев, оставшийся на хозяйстве, подмахнул бумагу без звука. И наступил отпуск. Сорок свободных дней. Конечно, надо было уехать. Да куда денешься с жалкими майорскими отпускными.
Но все равно он был свободен. Раньше, уезжая на юг или в Прибалтику, Сергей звонил в отделение, узнавал, как движутся дела по всяким кражонкам и разбоям.
Но это было раньше.
Сразу после убийства Жилина он позвонил Олегу Кольцову, рассказал ему обо всем.
Конечно, показал билет из Таллина в Москву и паспорт с отметкой эстонских пограничников. Вечером в отделение приехал полковник Комаров и попросил показать материалы по убийству. В них он наткнулся на рапорт скрупулезного Миши Лепилова, в котором тот докладывал о работе на территории с перечислением фамилий людей, у которых проверял документы.
Там-то и всплыла фамилия Вдовина.
А через день пришло постановление горпрокуратуры передать дело по подследственности в ФСБ.
Так с отделения слетел глухой «висяк».
Раньше бы такое событие послужило поводом для двухдневной радостной пьянки, а нынче порадовались часок и забыли.
За последние дни Сергей близко сошелся с Олегом Кольцовым. У них оказалось так много сходного, словно этих людей специально готовили в каком-то особом учебном заведении. А все было просто. И Сергей, и Олег были московскими пареньками. Совестливыми и добрыми. Что нынче большая редкость.
Отпуск Сергея решено было отпраздновать широко. И взялся помочь вездесущий Стас. Он предложил отметить это событие в «Кабачке». Закуску гарантировал по разумным ценам, а выпивку можно было принести с собой.
