— Что почему? — Он озадаченно посмотрел на нее, на время позабыв и о внешнем виде, и о желании уйти, и о злости. Потом осознал: глаза не врут, и ужаснулся. Женщина не должна фактически целовать ему руки! И уж точно не Зара Рандрин! — Вы просто перебрали, со всеми случается. Ложитесь спать, — уже мягко добавил Эрш и аккуратно высвободил руку.
— Я не хочу спать одна! — вырвалось у Зары.
Она извернулась и попыталась снова поцеловать. Нубар с трудом вырвался и благоразумно отошел в сторону, оправляя воротник. Начальник напряженно следил за подчиненной, готовый опять проявить чудеса ловкости. Эршу казалось, будто он оказался в одной комнате с демоном. Недалеко от истины: Зара — э-эрри. Столько выпила, казалось, потеряла координацию, а тут, почуяв кровь, в данном случае — мужчину, собралась для загонной охоты. Фокус с поцелуем показал, при желании Зара может быть сильной и ловкой. С такой не соскучишься, но тем приятнее играть. Нубар признал, именно это и нравилось. Драконица драконицей! Взрывная и мягкая одновременно, упрямая, безумно привлекательная со встрепанными русыми волосами, в позе хищницы застывшая на постели. Не хватало только горящих глаз. Эротичное зрелище!
Нужно уйти, необходимо уйти, но Эрш медлил. Адреналин плескался в крови, хотелось распробовать новую игру, подразнить противницу и оставить победу за собой. О, если б не фамилия, Зара узнала бы все грани покорности! Пусть звучит пошло, но необъезженная кобылка под седлом слаще целой конюшни смирных лошадей.
Зара плюхнулась на пятую точку и раздраженно смахнула с лица прядь. Губы тут же плаксиво дернулись — какая быстрая смена настроения!
Эвноя, Эрш не помнил дочь Рандрина плачущей! Чтобы Зара — и дрожала от рвущихся наружу рыданий? Да она на ленточки обидчика порежет, но не проявит слабость. Тут же — как на ладони: отчаянье, досада, обида и грусть. Неужели так сильно привлек? Нубар полагал, речь только о сексе, но гримаса на девичьем лице встревожила. Мужчина ощутил укол совести. Зара унижалась из-за него.
Однако следовало прекратить безобразную сцену. Только как? Не поцеловать же! Отчего-то ничего другого в голову не приходило. И почему-то поцеловать требовалось за ушком, а потом скользнуть по нежной шейке к плечику… "Сразу уж скажи: раздеть и уложить под себя", — хмуро сказал себе Нубар.
Минутная слабость прошла. Зара не расплакалась и перешла в наступление. Покачнувшись, она встала и, скрестив руки на груди, потребовала ответа:
— Почему вы меня не хотите, чем я хуже Бьянки Тхора?
Два темно-синих омута буравили Эрша. Топазы радужки завораживали, как и энергия, исходившая от девушки.
Пожалеть? Ха, Нубар Эрш, скорее тебя засыплют соболезнованиями, отольются кошке мышкины слезки. Только в данном случае мышь с клыками и крыльями.
— Зара, — предельно жестко ответил Эрш, — запомните раз и навсегда: я не завожу интрижек с подчиненными.
— Да какая интрижка! — Девушка почти кричала, пришлось спешно поставить чары, чтобы не стать развлечением для всей гостиницы. — Можно подумать, вам секса хватает! Так вот, пожалуйста, бесплатный, по обоюдному согласию.
— Какому еще согласию? — шумно выдохнул Нубар и едва удержался от непроизвольного движения — прикрыть причинное место.
— Понятно, — Зара помрачнела и рухнула обратно на постель. Развалилась на ней и пробормотала: — Ни один мужчина мне не отказывал, ни один!
— Все когда-то случается в первый раз, — философски заметил Эрш и решился присесть на противоположный край постели. Чисто из практических соображений: сверху открывался притягательный вид на вздымающуюся девичью грудь. Бальное платье с декольте, а из прежней точки… Словом, мысли путались.
— Понятно, я уродина, — по-своему поняла его Зара. — Конечно, — она со злостью ударила кулачком по одеялу, — столько женщин, все вьются, в глаза заглядывают, не польститесь на первую попавшуюся. Вам брюнетки нравятся? Я заметила, кому вы улыбаетесь. Узкоглазые, с маленькими личиками, миниатюрные.
— Вовсе нет! — вырвалось у Нубара. — Вот уж неправда! Вы привлекательная девушка, может, даже очень мне нравитесь…
Он осекся, сообразив, что сказал лишнего, и закусил нижнюю губу.
— Как подчиненная? — скептически отреагировала на откровение девушка.
— Как женщина, — чуть слышно, отведя взгляд, ответил Эрш.
Признался. Только как отреагирует?
Любовница… Да с радостью бы, только вот она Рандрин. Приходилось держаться, проклиная себя за выбор спутницы.
Не уйти и не остаться.
Зеленоглазая суйлимка забылась. Ничего, проветрится, потеснит Ирвина и забудет. Начнется бессонница — всегда найдется работа. Впредь же наука: не откладывать потребности организма на потом. Зажал бы красотку в уголке, не мучился бы так сейчас, не вспоминал колышущиеся в такт дыханию груди, запах мадэ, смешанный с духами и кожей, нежные пальцы на затылке.
— Тогда я ничего не понимаю!
