В тот вечер за ужином он с гордостью рассказывал, как чуть не утонул, а в душе с новой силой вспыхнула привязанность к семье. До самого конца поездки он уже не сердился на Варю за то, что та всё время разговаривала во сне. Когда они возвращались с пляжа, он первой пропускал Клару в душ, хоть она пропадала там часами, — однажды Герти, забарабанив к ней в дверь, спросила: раз тебе нужно так много воды, почему не берёшь мыло с собой в океан? Спустя годы, когда Саймон и Клара уехали, — и позже, когда даже Варя от него отдалилась, — Дэниэл не понимал, почему они не разделяют его чувств — горечи разлуки и радости встреч. Он ждал. В конце концов, что он мог сказать — не отдаляйтесь, нам будет не хватать друг друга? Но шли годы, ничего не менялось, и Дэниэлом завладели обида, тоска, а потом и глухое раздражение.
В два часа ночи он встаёт и спускается на нижний этаж, к себе в кабинет. Не зажигая света — довольно и голубого мерцания экрана, — заходит на сайт Раджа и Руби. На экране тут же вспыхивают толстые красные буквы.
«Познайте ЧУДЕСА ИНДИИ, не сходя с места! РАДЖ и РУБИ унесут вас на КОВРЕ-САМОЛЁТЕ в мир неземного волшебства, откроют вам диковины, от древнего трюка с иглами до индийского каната, этот секрет поставил в тупик самого ГОВАРДА ТЁРСТОНА, величайшего АМЕРИКАНСКОГО МАГА ДВАДЦАТОГО ВЕКА!»
Заглавные буквы мигают и двоятся. Под ними всплывают лица Раджа и Руби, с бинди меж бровей. В центре страницы сменяются кадры: вот Руби пронзает двумя длинными мечами корзину, где прячется Радж; вот Радж держит в руках змею толщиной с шею Дэниэла.
Безвкусица, морщится Дэниэл, завлекаловка. Но опять же, это Вегас, безвкусица здесь ходкий товар. В Вегас он ездил дважды — к другу на мальчишник и на медицинскую конференцию. И оба раза город казался ему безобразной карикатурой на Америку, неповторимой в своей чудовищности. Рестораны с вычурными названиями — «Маргаритавилль», «Кабо-Вабо». Искусственные вулканы, изрыгающие розовую пену. Торговый центр «Форум», стилизованный под Древний Рим. Живя здесь, забываешь, на каком ты свете. Радж и Руби, те хотя бы ездят по стране. Обычно они выступают в отеле «Мираж», но на странице «Расписание гастролей» сказано, что в эти выходные они дают представление в «Мистери-Лаундж» в Бостоне, а через две недели уезжают на месяц в Нью-Йорк.
Где они будут праздновать День благодарения? — думает Дэниэл. Радж почти всё время прячет Руби от Голдов, а раз в пару лет достаёт, как кролика из шляпы. Дэниэл помнит её шумной трёхлеткой, потом — серьёзной, наблюдательной девочкой пяти и девяти лет и, наконец, замкнутым подростком. Та их встреча закончилась бурной ссорой из-за «Хватки жизни», фирменного Клариного трюка. Радж вздумал учить этому трюку Руби, а Дэниэла подташнивало от одной мысли. Что, Раджу хочется поглядеть, как и дочь Клары тоже болтается на верёвке?
— Я берегу память о ней! — бушевал Радж. — А ты для этого сделал хоть что-нибудь?
С тех пор они больше не разговаривали, причём не только по вине Раджа. Дэниэл мог бы первым пойти на сближение — и до той размолвки, и даже после. Но рядом с Раджем и Руби ему всегда неуютно. В раннем детстве Руби была вылитый Радж, но, когда подросла, в ней проступили черты матери: те же ямочки на пухлых щеках, та же улыбка Чеширского Кота, те же каштановые кудри до пояса — только Руби, в отличие от матери, не красила их в рыжий цвет.
Временами, когда Руби бывала не в духе, Дэниэла посещало причудливое дежавю. Руби превращалась в голографию Клары, и Клара смотрела на него с укором. Он был с ней недостаточно близок, не знал, как серьёзно она больна. Это он потащил их тогда к гадалке — что повлияло на всех, но на Клару, пожалуй, больше остальных. Он как сейчас помнит её лицо в переулке, когда они вышли оттуда: распухший нос, на щеках слёзы, взгляд беспокойный и в то же время пустой, незрячий.
Дэниэл знает только домашний телефон Раджа. Сейчас они на гастролях, поэтому он жмёт на ссылку «Контакты». Там указаны адреса менеджера и рекламных агентов, а внизу кнопка: «НАПИШИ ЧАПАЛАМ!» Проверяют ли они почту, неизвестно — судя по всему, это ящик для фанатов, — и всё-таки Дэниэл решает рискнуть.
Перечитав письмо, Дэниэл волнуется: не слишком ли сухо? Добавляет: «Дорогой Радж», но
