Пространство за пределами корабля стало меняться, и на смену беспроглядной тьме пришли звезды и отдаленные планеты. Я помню путешествие до Новой гавани, но оно не сравнимо с тем, что ощущалось сейчас. Эйфория от того, где я нахожусь, с кем и при каких обстоятельствах, полностью завладела разумом, делая этот момент более особенным, чем все прочие. Звезды казались прекраснее, а планеты – достижимыми. Лютер тихонько сжал мою руку, отвлекая от потрясающего зрелища, из-за которого слезы счастья сами собой полились из глаз.
Я посмотрела на любимого и самого важного человека в своей жизни, а он не отводил глаза, смотря в самую душу. Разве можно было быть счастливее, чем в этот самый миг?
Через шесть часов мы были на станции Новая гавань, где нас уже ждали взволнованные жители и военачальники, которые не были задействованы в операции. Во время полета Лютер рассказал мне, что уничтожение Анубиса дало им возможность незаметно и с минимальными потерями захватить Упуат. Я с сожалением слушала его рассказ, потому что было печально расставаться с кораблем, что служил тебе домом столько лет. Это как потерять друга.
Мордекай объявил своим людям, что все закончилось, но мы понимали – предстоит еще много работы. Осталось девять Хранителей, которые попытаются если не захватить власть, то продолжить дело Эдриана. Лютер отвел нас с папой к Тиму и Димке – им выделили шикарные апартаменты рядом с главой повстанцев. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что Кира живет с ними.
Оказывается, пока я находилась на Упуате, Кира исполняла роль телохранителя для моих родных. А потом постепенно они с братом сближались. Как оказалось, у них много общих интересов, а стремление Тимура стать достойным человеком и помогать справедливости торжествовать, подкупило белокурую красавицу. И если Милана смотрела на Тима, как на жвачку, прилипшую к туфле, то Кира одаривала его взглядами, полными обожания. С Димкой девушка поладила практически сразу, с первых минут знакомства. Она трепетно относилась к мальчику и не давала скучать. А когда узнала позже от брата, при каких обстоятельствах погибла его мать, прониклась к Диме всей душой.
Вечером было решено собраться всей семьей – и старой, и новообретенной. Нужно было многое узнать о событиях, происходивших в мое отсутствие. Я хотела обсудить с папой поиски мамы, а Мордекай рассказал бы о том, что успел узнать у Алекса.
Меня и Лютера поселили в отдельной квартире. Небольшая, зато уютная и… здесь нет проклятых белых стен. Только этот факт заставил меня влюбиться в наше, пусть и временное, но все-таки жилище. Усталость навалилась на меня слишком неожиданно – видимо, адреналин отпустил и организм решил, что пора бы и отдохнуть. А еще я была очень голодна, о чем не забыла сказать Лютеру.
– Я разузнаю, где тут можно разжиться едой, а ты можешь принять душ пока, – он нежно поцеловал меня в висок и вышел из квартиры.
Это была студия с небольшим кухонным островком с одной стороны и с огромной кроватью с другой. Рядом с ней же стоял журнальный столик и шкаф-купе. На противоположной стороне находилась дверь, куда я и направилась.
Душевая.
Кайф и невероятное расслабление даровала мне простая теплая вода. Да, в течение месяца я принимала душ каждый день, но этот… Хватало того, что он был не на Упуате, чтобы чувствовать себя иначе. Я просто стояла, запрокинув голову, и наслаждалась тем, как теплые капли стекают по лицу и телу.
Впервые за долгое время голова была пуста, а на сердце спокойно.
Обернувшись в полотенце, вышла из душевой, забыв даже про сушилку. Ну ее в баню!
Поперек кровати, свесив ноги, лежал Лютер с закрытыми глазами и заведенными за голову руками. Его умиротворенное лицо вызвало волну тепла внутри. Я тихонечко, ступая по теплому полу мокрыми босыми ногами, подкралась к нему и потянулась к поросшей трехдневной щетиной щеке. Но, не успела я его коснуться, как запястье ловко перехватила горячая рука Лютера. Секунда растерянности во взгляде сменилась темным жаром, заставляя дыхание прерваться. Он резко притянул меня к себе, обрушивая свой рот на мой.
– Я так соскучился по тебе, – шептал он между поцелуями. – Ты же понимаешь, что это значит?
Я игриво заглянула ему в глаза, усаживаясь на него, раздвинув ноги.
– Что же?
– А то, что теперь ты не отходишь от меня ни на шаг, – собственнический взгляд черных глаз заставил меня полностью растаять и ощутить сладкий жар внизу живота.
Как же я скучала по нему.
Полотенце отправилось в свободный полет, как и, спустя несколько секунд, его комбинезон. Спиной ощутив прикосновение мягких простыней, обхватила шею, сильнее прижимаясь к разгоряченному телу Лютера. Не прерывая поцелуй, он вошел в меня, двигаясь при этом очень плавно. Губы опустились ниже, к его излюбленному месту – к ямочке за ухом, заставляя запрокинуть голову назад.