Мир по-прежнему полыхает яростным светом. Только пальма и спасает. Я попробовал открыть глаза. Ох… Даже отражённых лучей мне хватило, чтобы снова непроизвольно зажмуриться. Вся округа сияет в сто крат ярче, чем покрытая снегом поляна в самый солнечный день.
— Принц? Я выдрал. Ты где?
Барон взял себя в руки. Оплакивать Кузнеца будем после. Сейчас нужно выжить. И победить. За последнее переживаю несильно. Его Величество прямо сейчас мстит неведомым лучникам за Гаспара. Стрелы давно перестали лететь. И понятно. Король Эмрихта на ночное чудовище и десятка секунд не потратил. У него в запасе почти целая минута была. Ему хватит.
Как? Всё? Мир внезапно погас.
— Здесь я, здесь.
Открываю глаза…
Йок! Какого… Голова поднимавшегося с четверенек Вали рывком отлетает назад. Тело лекаря мешком падает на землю. Попавшая принцу в висок стрела смогла пробить череп. Это всё…
— Кэйлор! — яростно ревёт барон Крюгер.
Но ответом ему служит лишь тишина. Очень страшная тишина. Я же только сейчас замечаю, что мой палец давно сведён судорогой.
— Вольф, не высовывайся! — кричит призванный мной колдун. — Мы у него на прицеле.
Ло роняет копьё, которое я всё это время сжимал в руках и ловким движением стаскивает с плеча лук.
— Китар, будь готов!
С этими словами колдун выскакивает из-за дерева и кувырком перекатывается к соседней пальме. Колчан со спины сброшен перед прыжком, но у Ло в руке уже три стрелы, которые он успел прежде из него выхватить. Четвёртая, вражеская, миг назад пронеслась мимо дерева, за которым мы спрятались.
— Слишком близко. Поля подогнать не успею.
Прошептал и, зажав две стрелы в зубах, с третьей на тетиве снова выскакивает из-за ствола. В этот раз с натянутым луком, направленным в сторону леса.
Выстрел. Прямо в полёте. Я даже не понял, куда колдун метил. Прыжок Ло с приземления переходит в кувырок, и мы стремительно откатываемся за ствол соседней пальмы.
— Меняет позиции. Мастер, — шепелявит сквозь сжатые зубы колдун, вынув изо рта одну из двух стрел.
— Кэйлор! — надрывно ревёт сидящий за пальмой в десятке шагов от нас барон Крюгер.
Его рана плоха. Из-под ладони, которой он её зажимает, во все стороны хлещет кровь. Стрела явно продрала какую-то крупную жилу. Что с такой ногой делать без лекаря я не знаю. Просто прижечь и, стянув края, зашить кожу, здесь едва ли поможет. А у нас больше нет лекаря. Валя, Валя…
— Кэйлор мёртв! Не высовывайся!
Вот зачем он так… Пока Ло не произнёс этих слов, у меня ещё оставалась надежда. Оно-то, конечно, понятно, что раз перестал сиять раньше времени, значит что-то случилось. Да и оставшийся в живых враг своей стрельбой намекает на худшее. Неужели, Его Величество мёртв… В это просто невозможно поверить.
Вынутая, чтобы крикнуть, стрела возвращается в зубы. Колдун снова прыгает. В этот раз не вбок, а вперёд, к пальме, какая растёт на несколько шагов ближе к лесу, чем та, за которой мы только что прятались.
Получилось. Вражеская стрела, опоздав, чиркает по укрывшему нас стволу. В этот раз я заметил, откуда она прилетела. И Ло само собой тоже. Лучник найден — он прячется в зарослях, всего в трёх десятках шагов от нас. Враг, считай, уже труп. Колдун переиграет его.
Жаль, что ночью тот ящер напрочь вытоптал все выращенные Его Величеством колючки, и теперь вмятый в землю кустарник вместо того, чтобы защищать нас от стрел, только колет мне неприкрытые шкурой руки и ноги, когда колдун катится по нему в очередном кувырке.
Но эта боль — ерунда. Ещё один стремительный прыжок к новой пальме. И сразу второй. Резко выглянуть из-за дерева, отпрянуть от просвистевшей над ухом стрелы и, пока враг накладывает на тетиву следующую, ещё один быстрый рывок. Вот треть дистанции, что нас разделяла, и пройдена. Ещё несколько прыжков-кувырков — и мы доберёмся до края прибрежной пальмовой рощи. В густоте джунглей у этого лучника, каким бы он мастером не был, против Ло шансов нет. Это здесь мы для него, как на ладони, а сам он от нас укрыт зарослями. Очень скоро чужак потеряет своё преимущество.
Ещё один прыжок, и ещё одна просвистевшая мимо стрела. Враг сместился левее. Это его не спасёт. Снова прыгаем. Колдун чётко прокладывает маршрут от дерева к дереву, когда надо, смещаясь то влево, то вправо. Между нами и лучником всегда тот или иной пальмовый ствол. Мы почти уже добрались до заросшей кустами опушки.
Йок! Как больно! Вылетевшая из зарослей горящая ярко-алым огнём полоса настигла нас в середине прыжка. Голова вместе с шеей, рука, часть груди — падают в одну сторону, всё остальное — в другую. Калёная Плеть — а чем-то иным этот могучий дар быть не может — разрубила меня на две части. И тигриная шкура не помогла.
— Допрыгался!
Довольный голос принадлежит кому угодно, но только не лучнику, к которому прорывался колдун. Тот мгновение назад стрелял в нас с совершенно другой стороны. Обманули! Их двое!
