Партизаны въезжали в Разлог, прямо в руки полиции, но Страхил добродушно улыбался, и голос его звучал бодро.
— Ну и быстро же мы доехали, господин начальник! Теперь и прогуляться можно куда душа пожелает!..
Машина медленно остановилась возле околийского управления. Часовой встал по стойке «смирно».
— Выходи, Тони! Приехали! — громко произнес Страхил и стал доставать из кармана деньги. — Господин начальник, сколько вам заплатить?
Полицейский улыбнулся и, пожав Страхилу руку, сказал:
— Не стоит, я подвез вас, а я — начальник областного полицейского управления, и вы были моими гостями. У меня к вам просьба: если встретите подозрительных людей в лесу, то обязательно дайте об этом знать любому полицейскому! Хорошо?
Страхил снял кепку и закивал в знак согласия:
— Спасибо вам, господин начальник! Обязательно сообщим, как только увидим их... Спасибо за то, что подвезли нас! — Обернувшись к «брату», недовольно проговорил: — Тони, попрощайся с господином начальником!
Антон ощутил жесткую горячую ладонь полицейского и слегка прищурился. Прохожие с любопытством смотрели, как полицейский начальник прощался с людьми, которых он подвез к зданию своего управления.
— До свидания, господин начальник, — произнес Антон и отвел глаза в сторону. Затем повернулся и кивнул шоферу. Тот заслуживал этого внимания, поскольку продолжал молчать и тем самым доказывал свою порядочность.
Попрощавшись, полицейский начальник задержался еще во дворе, выслушивая доклад какого-то агента. А партизаны уже пересекали площадь, но только они хотели повернуть направо, как неожиданно увидели шедшего навстречу им человека. Страхил кашлянул, предупреждая Антона об опасности.
— Это идет торговец Хаджииванов, он меня знает, — сказал Страхил и улыбнулся. — Давай расстанемся. Ты сворачивай в сторону Бане, пароль знаешь. Место встречи — в рощице около села! Если задержусь, не ждите!
Хаджииванов тяжело ступал по тротуару и в задумчивости сильно стучал тростью. На нем были белая шляпа, чистая белая рубашка, белый пиджак и светлые брюки, смешно висевшие на животе.
Столкнувшись неожиданно со Страхилом, торговец широко вытаращил свои близорукие глаза, а когда увидел направленное на него дуло пистолета, то от испуга будто окаменел и беспомощно поднял над головой трость, словно защищаясь ею. Страхил и Антон, не задерживаясь, двинулись дальше. Торговец резко обернулся и снял очки. Двое на перекрестке уже свернули за угол и исчезли, как призраки. Хаджииванов поспешил к околийскому полицейскому управлению.
— Не могу, господин! Без разрешения не велено пускать! — с невозмутимым видом стоял на своем часовой.
— Идиот! Безмозглая башка! — кричал торговец. — Мне ничего не надо от твоего начальника! Я партизан видел, понимаешь ты?!
Страхил и Антон спешили скорее уйти из города.
— Этот торгаш может пойти, а может и не пойти в полицию, кто его знает... — рассуждал Страхил. — Слушай, у портного не задерживайся. Сразу направляйся в рощицу!
Страхил свернул направо, а Антон, пройдя немного вперед, повернул налево и вышел на какую-то улочку. Юноша неожиданно вспомнил, что где-то здесь живет их товарищ, которого партизаны редко видели у себя в горах, но каждый из них знал, что он — член областного комитета партии...
Какой-то чиновник околийского управления, увидев кричавшего Хаджииванова, приказал часовому пропустить торговца. Хаджииванов вошел в кабинет, тяжело опустился на стул и испуганными глазами уставился на начальников областной и околийской полиции.
— Говорил же им, господин начальник, но...
— Не понимаю вас, господин Хаджииванов. Что-нибудь случилось? — настороженно спросил начальник областной полиции, вставая с кресла.
— Да вы, господин начальник, привезли с собой двух партизан. Одного я знаю как свои пять пальцев. Его зовут Страхил, он — партизанский командир.
Полицейский сразу вспомнил, что еще в машине ему показалось знакомым лицо говорливого крестьянина из горного села, но своим поведением тот рассеял его сомнения. Тем более что крестьянин рассказал о том, как он ходил в областное управление за постоянным пропуском для свободного передвижения, поскольку он был горцем и имел право на такой пропуск. По его словам, в околийском управлении ему давали пропуск всего на неделю. Конечно, начальник областной полиции сам подписывал пропуска и, очевидно, видел маленькую фотографию крестьянина. Ловко провел его этот Страхил!..
— Господин Хаджииванов, я знаю этого человека лично, — соврал начальник областной полиции. — Я привез его из Неврокопа, он живет там. Ты обознался!
— Когда я проходил мимо них, на меня наставили пистолет! — произнес Хаджииванов и от досады всплеснул руками.
— С таким зрением ты можешь и авторучку принять за пулемет! Не волнуйся, прошу тебя! Что же, по-твоему, получается? Начальник областного управления полиции подвозит партизанского командира и любезно обменивается с ним рукопожатием? Не нравится мне это, Хаджииванов! У тебя больное воображение!