— Не стоит давать ему слишком много поводов для гордости, — бормочу я из-под одеяла. — А то возомнит о себе.
Собравшись с духом, я медленно приподнимаю одеяло, под которым пряталась, и щурюсь от болезненного света. Я по одному голосу только понимаю, кто находится в этой комнате вместе со мной. Но это не делает его появление менее шокирующим, когда я вижу его зеленые глаза и растрепанные светлые волосы.
Он в моей комнате. И, что еще удивительнее, пришел навестить меня. Я почти ничего не помню с прошлой ночи, но, должно быть, сделала что-то правильно. Теперь главное — не испортить этот прогресс.
Я кое-как сажусь, и Китт тут же замечает:
— Шампанское куда менее веселое наутро.
Взгляд моих уставших глаз останавливается на том месте, где он сидит рядом с моей кроватью. Король пристально смотрит на меня, и все, что я могу сделать, — это слабо выдавить:
— У меня голова раскалывается.
— Я ожидал чего-то такого, — говорит он медленно. — Поэтому я и велел Гейл приготовить вот это для тебя.
Он берет стакан с прикроватной тумбочки, медленно взбалтывая мутную жидкость. Я изо всех сил стараюсь не показать удивление от такого доброго жеста. Но трудно игнорировать, как надежда расцветает внутри меня.
— Это выглядит… пугающе, — хриплю я наконец. — И что это вообще?
Его улыбка настораживает.
— Лучше не знать. Но станет легче. Поверь.
Я бросаю на него скептический взгляд, рассматривая жидкость. Он наклоняет голову, призывая меня выпить это. Но как только я подношу стакан к губам и запрокидываю голову, чтобы сделать глоток, тут же жалею об этом. Вкус просто отвратительный, и я всерьез подумываю выплюнуть эту зернистую жидкость обратно.
— Нет-нет, не сдавайся, — уголки губ Китта поднимаются, и только это не дает мне остановиться.
Я торопливо допиваю остатки мерзкой жидкости и, отрывисто кашляя, протягиваю ему стакан.
— Это было… — я содрогаюсь. — Это было ужасно.
— Средство от похмелья Гейл не для слабонервных, уж поверь. — Его взгляд на мгновение становится отстраненным. — Мы с Каем прошли через это много раз за все эти годы.
Следом он вручает мне стакан воды, который я тут же выпиваю, надеясь избавиться от ужасного послевкусия. Король продолжает наблюдать за мной, сидя рядом почти непринужденно, совершенно не соответствуя образу короля.
— Как ты себя чувствуешь?
Я медлю, прежде чем дать ответ:
— Лучше, на самом деле. Спасибо. Я просто… — чувствую себя ужасно неловко. — Не ожидала, что ты придешь.
— Кто-то же должен был убедиться, что ты все еще жива, — просто отвечает он.
— Я рада, что ты решил проверить.
Наступает долгая пауза. Похоже, он не верит, что я говорю всерьез. Затем он резко меняет тему:
— Сегодня я выступаю перед двором по поводу твоего следующего Испытания.
Я резко выпрямляюсь.
— Уже?
Китт кивает.
— Проверка милосердия займет больше времени, чем проверка храбрости, так что я хочу начать пораньше.
— Я снова пойду на Испытание через несколько дней…
Эти слова оглушают, но я едва ли прошептала их. Знакомое чувство паники лишает меня самообладания. Я прошла первое Испытание, но это не значит, что пройду и следующее. И как всегда в своей жизни — я боюсь.
— Зато ты по крайней мере хорошо отдохнула, — пытается приободрить Китт.
Я прислоняюсь головой к стене, она все еще болит.
— Когда я вернулась в свою комнату прошлой ночью?
— Почти в пять утра, — отвечает он. — Кай принес тебя сюда.
Я почти вздрагиваю от его слов. Нет, в них нет укора, и от этого только хуже. Разговоры о Кае всегда были и будут невыносимо неловкими. Я стараюсь сменить тему:
— Чума, сколько же я выпила…
— Полагаю, достаточно, чтобы почти ничего не помнить?
Я выдыхаю:
— Да, все очень… смутно. Помню лишь обрывки бала. — Бросаю на него взгляд. — Ну, я точно помню, почему начала пить.
Перед глазами тут же всплывает образ Блэр, и злость снова разгорается в груди.
— Мне жаль, что ее присутствие так расстроило тебя, — спокойно говорит Китт. — Но тебе придется привыкнуть к тому, что она рядом. Я не могу просто заставить ее исчезнуть.
— О, я могла бы, — говорю я, и на моем лице нет даже намека на улыбку. — Позволь мне. Пожалуйста.
— Ты знаешь, что это невозможно, Пэйдин, — Китт проводит рукой по затылку. — Но ты, похоже, отлично проводила время, несмотря на ее присутствие. Даже заставила весь двор повеселиться — а это, скажу я тебе, очень непростая задача.
— Ах да, танцы, — медленно произношу я. — У меня до сих пор болят ноги.
— Говорят, ты довольно быстро избавилась от туфель, — он кивает в сторону каблуков, небрежно брошенных возле моей кровати.
Я смотрю на них, и в голове пытается всплыть воспоминание, но прежде чем я успеваю его ухватить, Китт поднимается на ноги.
— Ты еще и указ издала. Очень впечатляюще.
Я смеюсь.
— Не издевайся.
Это почти вызывает у него улыбку, но он лишь кашляет в кулак и встает.
