Я чувствую, как мою грудь буквально раздирает при каждом вдохе. Как, чем они тут дышат?! Мы спускаемся ниже и ниже, плач и крики людей слышатся все ближе. Николас в теле толстяка отстал от нас, но его тяжелое дыхание, кажется, слышно даже снаружи. На этот раз путь преградила железная решетка, прямо за которой начиналось воплощение настоящего ада.
– Это не просто гора… – протянула Нелли.
– Мы внутри вулкана, – продолжил я ее догадку.
Глаза самопроизвольно щурятся, защищаясь от жара, а сквозь прутья бьет нестерпимо яркий красноватый свет.
Отодвинув засов, мы шагнули внутрь.
– Ого, – удивленно воскликнула моя напарница.
Не могу с ней не согласиться. Полое пространство внутри горы было огромным – наверное, здесь могло поместиться целое Ущелье. Факелы здесь были не нужны – освещение с лихвой давала лава, бурлящая где-то внизу. Все заключенные работали на каменной платформе, которую с одной стороны ограничивала стена, а с другой – пропасть. Правда, самой работы мы не застали – мы попали в разгар схватки.
Четверо самых здоровых тел, стоящие спиной друг к другу в центре плато, судя по всему, были членами нашего отряда. Их со всех сторон окружили пятнадцать разъяренных краснощеких тел. Рабочие, скованные друг с другом цепями, в страхе жались к стене.
– Мы вовремя, – констатировал я.
Кивком показав, что полностью со мной согласна, Нелли ринулась в бой. Я решил от нее не отставать. Как-то странно – когда ты в чужом теле, намного проще проявлять геройство и смелость. И меньше страха допустить ошибку. Подбежав, я вцепился одному из противников в волосы и изо всей силы ударил ребром ладони по горлу. А ведь физической силы у меня явно прибавилось! Судорожно делая глотательные движения, враг рухнул на пол. Не теряя времени, я втиснулся в защитный строй. Нелли встала у моего плеча секундой позже.
– Наконец-то! Проклятый священник забыл предупредить, что тут их в два раза больше, чем наверху! – нанося удары направо и налево, закричало самое здоровое тело, в которое, вероятно, вселился Норах.
– Где Николас?! – вновь взревел командир отряда.
Ответить я не успел – один из патрульных зарядил мне в глаз, в голове загудело, и моя нога рефлекторно полетела в обидчика. Ощутив, как ступня ударила в мягкое, я понял, что попал в цель.
– Он сейчас…
На этот раз я успел поставить блок. Нападающий атаковал киркой, и руку раздробило. Не в силах сдерживаться, я заорал что есть сил и пнул противника в коленную чашу.
– Ненавижу лестницы! – раздался голос, напоминающий рык раненного медведя, но показавшийся мне чудесной музыкой.
Сопя, Николас с трудом протиснулся сквозь дверной проем и понесся к нам, с каждым шагом набирая скорость. Красные щеки подпрыгивали в такт движению. Отвлекшись на его появление, я не заметил, как очередной патрульный нанес удар. Металл пробил мою грудную клетку, кажется, я услышал, как хрустнули кости. Тело пронзила дикая боль, и я упал, не в силах устоять на ногах. Вокруг меня тут же сомкнулся строй «наших». Чувствуя, как боль раздирает грудь, я ощутил соленый вкус крови во рту – она не дает дышать, я захлебываюсь, в глазах потемнело.
– Срочно выходи из тела! – словно сквозь вату, слышу голос командира. – Ты хочешь тут сдохнуть?!
Нет… не хочу. Я просто хочу спать. Эх, Элисс-то я так ничего и не рассказал, надеюсь, она не сильно рассердится и скоро забудет меня. Перед глазами всплыло ее лицо, каждая черта которого казалась уже такой знакомой и родной. Не хочу умирать! Собрав все силы, я попытался сделать глоток воздуха. Проклятая кровь. Нить! Едва различимая золотая нить появилась и позвала из моей груди куда-то вдаль. Сознание уже еле плещется на самом донышке, но надо сделать шаг, я должен.
О чудо! Боль исчезла, а я лежу на земле и боюсь открыть глаза. Вдруг все кончено, и я умер? Больше никогда не увижу свою белокурую возлюбленную. Но на этот раз мне повезло – битва застыла в самом разгаре. Вот Николас поднимает одного из патрульных над головой, готовясь скинуть его в пропасть, а вот Нелли пропустила удар в скулу из-за того, что смотрит на мое тело, лежащее в луже крови. У меня появилось некоторое время, чтобы осмотреться и вернуться в строй. Но теперь я осознал всю опасность промедления – несколько лишних секунд бездействия, и меня бы не стало. Просто перестал бы существовать, что бы ни говорили все эти древние сказки. Никогда не думал, что брызги крови, застывшие в воздухе, могут выглядеть красиво. От рабочих исходила какая-то невообразимая ментальная черно-бело-зеленая буря. Ненависть, страх, боль – сам вид битвы дался им непросто. Между тем, мы побеждали: на ногах оставалось не больше шести тел, одно из которых раскачивалось чуть позади основного отряда, размахивая киркой. Среднего роста, широкоплечее, немного похожее на подземного жителя из старых легенд. Он мне подойдет.