– Мы не знаем, что произошло с вашей женой и дочерью. Шесть лет назад мы искали квартиру. Подали объявление в газету, и нам позвонила женщина, по голосу молодая. Она предложила нам вот эту квартиру. Мы договорились о встрече и пришли ее посмотреть. Нас встретила красивая женщина, которая явно куда-то торопилась. Собирала в чемоданы свои и детские вещи и кричала на девочку, но та тихо ходила по квартире и ни на что не обращала внимания. Нам с мужем это потом показалось странным, – женщина, всхлипывая и растирая по лицу помаду и тушь, гладила по плечу мужа. – Так Вась?
– Да, – промычал мужик.
– Ты как?
– Нормально, – ответил, поднявшийся к тому времени Вася и яростно зыркая на Илью глазищами, поглаживал ушибленную скулу.
– Дальше, – рявкнул Илья.
– А что дальше. По расположению квартира нам подходила. До работы недалеко и по цене тоже приемлемо. Мы договорились, что как только Анжелика доделает свои дела, нам перезвонит. Только звонков более полугода не поступало. Мы уже не надеялись, но однажды позвонил риелтор и уточнил, была ли договоренность о покупке этой квартиры, по ранее озвученной цене. Если «да» и мы не против доплатить к оговоренной сумме десять процентов, то они с агентством оформят все необходимые документы. На тот момент квартиры подскочили в цене. Предложение риелтора нам показалось прекрасным. Мы и согласились, – женщина ойкнула, будто сказала что-то лишнее и замолкла.
– Посмотри. Эта женщина тебе продала квартиру? – спросил Илья, доставая старую фотокарточку.
– Но здесь ничего не видно, – испуганно проворковала женщина, – хотя девочка, вот она. Посмотри Вась. Девочка та или нет.
– Она, – однозначно ответил Василий, все еще затаив ненависть к молодому колотому зэку. А что перед ним зэк, Василий ничуть не сомневался. Много таких наколотых работало с ним на заводе. Таких наколок он насмотрелся и со временем стал различать. Одна обозначала, что хозяин первоходка. Десять лет за убийство нескольких. «Худой, глаза злые, такие готовы на все. Страшный тип», – подумал Василий.
Илья задумался: «Значит, она не только квартиру продала, но и куда-то переехала, забрав с собой дочь. Сожгла все мосты, так сказать. Зачем? Зачем?? Зачем…»
– Извините. Вы не заберете, нашу квартиру? – заискивающе спросила женщина.
– Заткнись!
– Нам жить негде. Чтобы ее купить, мы продали домик в деревне.
– Заткнись!
– Мы понимаем, что у вас может критичная ситуация, но не разоряйте нас. Это единственное, что у нас есть. Боженька детей н'eдал. Пустая я, пустая. Работа плохая, болеем мы. Только Вася меня и поддерживает. Как он терпит? Другой бы к молодой давно сбежал, ан нет, он терпит, любит меня. И я его, касатика моего, – рыдая причитала женщина.
– Васька, да заткни ты ее, думать мешает. А не то выкину тебя с балкона, вот тогда и порыдает. Будет за что, – прошипел сквозь зубы Илья и окунулся обратно в свои «зачем». Он еще несколько раз обошел все комнаты, надеясь найти что-нибудь из прошлой жизни. Что-нибудь, любую мелочь, которая смогла бы намекнуть, почему Анжелика продала квартиру, забрала дочь и срочно уехала. Любой предмет, оставленный носок или игрушку дочери, зарубки роста на дверном косяке. Ничего. Обычно такие семейные напоминания оставляют для истории. Но ничего. «Может, их напугал кто-то? Точно это те отморозки, что убили моих родителей. Они ее нашли и стали угрожать. Может, еще хуже. Надо спешить. Не дай бог, с семьей что-то случилось, я найду этих подонком и рвать зубами буду», – наполняясь злостью Илья посылал проклятия неизвестным людям. И уже сейчас почувствовал, как теплая, солоноватая на вкус кровь стекает с его губ. Он подхватил рюкзак и направился к входной двери.
– Не забирайте у нас квартиру, пожалуйста, – с последней надеждой обратилась женщина уходящему Илье.
– Посмотрим. В ваших интересах пока никому не говорить, что я здесь был. Пока я не выясню все до конца. Понятно?
– Конечно-конечно. А когда можно ожидать, что вы нам сообщите о своем решении?
– Вася! Ну ты понял?
– Люда, не трогай человека. У молодого человека сейчас много дел.
Илья вышел из квартиры и раздумывая на ходу, направился в родительский дом.
