– Конечно, были девушки, но я, насколько очевидно, и впрямь эмоционально невысокого уровня. Случается, общаешься с кем-то близко, но между вами толстое стекло, которое разделяет мир этого человека и твой собственный. И они смертельно разные, вплоть до физических законов. Примерно так происходило общение, поэтому сначала я использовал девушек, чтобы сбросить напряжение. Потом чуть-чуть поумнел, и понял, что нужно мне совершенно не это.
– Звучит отвратительно, – холодно бросила Саша, намереваясь уязвить Кристиана, но услышала в ответ небрежное:
– Да-да, я уже понял, что не соответствую твоим стереотипам и нормам морали, это – страшная трагедия, и однажды ты ее переживешь.
– И ты никогда не…
– Я же психопат. Не любил, не стремился, не сожалел. Было ли мне одиноко? Несомненно, ведь это свойственно каждому живому существу. Вероятно, мое одиночество глубже, чем я сам себе позволяю осознать.
Встретившись глазами с Кристианом в зеркале, она неожиданно с внутренним страхом и смятением поняла, что прямо сейчас во время диалога он над ней смеялся. Глаза его сверкали жестокой усмешкой. Подцепив девушку на интерес, как рыбку на крючок, он без труда потянул леску.
– Ладно, хватит.
– Что «хватит»? – медленно спросил Кристиан.
– Я поняла, почему ты запрещаешь мне задавать личные вопросы.
Как легко забыть об обидах, когда видишь нечто удивительное, и детская радость охватывает сердце воздушными объятиями восторга. Саша подлетела к огромному окну, впервые в жизни вблизи глядя на неподвижную, царственную птицу из металла. Она любовалась чудом инженерии, и мысли ее настроились в сторону позитива. Она подумала, что человечество – это талантливый, не по годам развитый ребенок, с капризно устроенной психикой. Она думала, что преклоняется перед профессионализмом, мастерством и дарами разума.
«Но это никогда не помешает мне печально удивляться его невежеству», – добавила она про себя, оборачиваясь и видя, как раскрасневшаяся от злости молодая, неопытная мать вполголоса отчитывает оглушительно театрально кричащего маленького ребенка. Его отец рядом так же громко ругался, и девушка краснела еще сильнее – уже от беспомощности и смущения.
– Если у тебя появится микрочеловек, я тебя уволю, – едва слышно произнес Кристиан.
– А если он появится у тебя?
– Значит, ему не повезет.
– Это да. Но не переживай, в крайнем случае, я возьму его себе и не позволю ненормальному папаше к нему приближаться.
– Таким образом ты объявишь мне войну.
– Ты не представляешь, на что способна женщина ради защиты ребенка, Кристиан Фишер.
– Ничего, я отчаянный.
В кафетерии, куда они отправились дожидаться вылета и завтракать, Саша обнаружила, что не едиными мыслями суетными полна ее голова.
– Знаешь, а у погибшей есть футболка с логотипом группы Skillet, – эта непонятная фраза прозвучала многозначительно.
Кристиан посмотрел своими светло-карими глазами на девушку:
– Верное направление мыслей. Продолжай.
– Ее мать упоминала, что Алина начала слушать мрачную музыку, но в песнях этой группы нет ничего депрессивного. Они играют христианский рок. Просто для непосвященных весь металл звучит примерно одинаково. Бедолаги, – она снисходительно посмотрела в потолок. – Слушая их композицию «Looking for angels» едва ли кто-то захочет умереть. Скорее наоборот.
– Не забудь, когда прилетим, попросить ее мать дать тебе послушать музыку с плеера Алины. Эта электронная вещица – спутник любого подростка. Он – хранитель его мыслей, отдушина. Ты узнаешь много интересного.
– То есть, плеер не погиб при падении?
– Узнаем, когда приедем. Я думаю, что не погиб. И тогда она не прыгала сама.
– Где тут связь?
– Суицидник прыгает, слушая музыку или вытащив наушники, ему незачем выкладывать плеер из кармана. Тот, кому помогли выпрыгнуть, мог вытащить плеер из кармана или выронить его при борьбе, например. Это лишь предположения. Каким бы образом не выжил плеер, я тоже его осмотрю.
Саше немедленно захотелось спросить, какую музыку слушает Кристиан, но она прикусила язык.
Перед вылетом девушка нервничала и, чтобы успокоиться, на всякий случай хотела съесть таблетку седативного средства (одобренного ее боссом, разумеется), но Фишер оказался неожиданно против.
– Лететь почти девять часов, – предупредил ее Кристиан. – Ты еще успеешь привыкнуть и перестать бояться. У нас прямой рейс без пересадок до Кневичи.
– Знаешь, а ты сегодня невнимателен, – с удовольствием заметила Саша. – Продинамил улики в самом начале, не сразу подумал о музыке погибшей. Я буквально чувствую себя тобой.
– Вот и умница, продолжай в том же духе.
– Может, ты заболел? – иронично спросила Саша, спустя паузу удивления.
Она именно так себе всё и представляла – обитые голубой тканью, сиденья с высокой спинкой, рекламные журналы и брошюры в сеточке перед креслом, небольшое окно с толстым стеклом и опущенными жалюзи. Разумеется, девушка захотела сесть около него. И даже эта высота, пока самолет был на земле, показалась ей большой, что уж говорить о том, когда крылатый монстр поднимется в воздух.
