Все христиане прежних времен считали «говорение на языках» особой Господней милостью, удивительной благодатью, результатом крещения Святым Духом. В то же время (сколь странна дуалистичность Вселенной!) «говорение на языках» было неоспоримым признаком бесноватости. В подавляющем большинстве случаев под этим действом подразумевается вовсе не связная речь на одном из существующих, но неизвестных одержимому языков. Нет, это более или менее артикулированная, более или менее систематизированная тарабарщина, имеющая некоторое сходство с некоторой формой родного языка. Слушатели, буде на то их желание, могут счесть тарабарщину вариантом некоего другого языка, известного им. Добавим: почти во всех случаях, когда введенные в транс испытуемые говорят на незнакомом языке, выясняется, что язык им все-таки знаком (например, они говорили на нем в детстве, а потом, из-за отсутствия практики, позабыли его; или они слышали речи на этом языке, и речи отложились в тайниках разума, даром что испытуемый их не понял). Для оставшихся случаев имеем пассаж Ф. Майерса: «практически нет данных, подтверждающих, что человек способен получать некую информацию, будь то иностранные языки или математика, иначе как если он специально занимается этими науками (телепатия – не в счет)». В свете современных познаний в психологии, в том числе в свете изучения таких феноменов, как медиумизм и автоматическое письмо, сомнительным представляется, чтобы хоть кто-то из подозреваемых в бесноватости мог пройти лингвистический тест. Зато имеются задокументированные случаи (весьма многочисленные) о полных провалах тестируемых. Случаев успешного прохождения – раз-два и обчелся, притом их протоколы выглядят неубедительно. Отдельные экзорцисты, правда, проявляли при лингвистическом тестировании похвальную изобретательность. Так, в 1598 году некая Марта Броссье наделала шуму, начав демонстрировать симптомы одержимости бесами. Один из таковых (традиционный и проверенный) – состоит в том, чтобы биться в конвульсиях всякий раз, когда над тобой читают молитву. (Оно и понятно: бесы ненавидят Господа Бога и Церковь, впадают в раж, едва заслышав звучную латынь, которой писаны Библия и молитвенники.) С целью узнать, действительно ли Марта Броссье столь сильна в латыни, епископ Орлеанский раскрыл томик Петрония и замогильным голосом стал читать нечто скабрезное, вроде истории об эфесской матроне[75]. Эффект был поистине чудесный. Прежде чем экзорцист завершил первую гулкую латинскую фразу, Марта уже каталась по полу, кляня епископа за то, что пытает ее Словом Божиим. Стоит добавить, что, не давши Марте прославиться как одержимой бесами, данный инцидент привел ее к новым неожиданным триумфам. Марта сбежала от епископа и попросила убежища у капуцинов, кои провозгласили ее подвергшейся неправедным гонениям и не без выгоды использовали для собственных (весьма популярных и многолюдных) сеансов экзорцизма.
Насколько мне известно, луденских урсулинок Петронием не тестировали. Некоторое сходство с этим тестом имеет визит дворянина, который вручил экзорцисту ларец и шепнул, что в нем находятся священные реликвии. Ларец приложили к голове одержимой. Она немедленно явила все признаки сильной боли и впала в неистовство. Весьма довольный экзорцист вернул ларец владельцу, а тот поднял крышку и продемонстрировал содержимое ларца. Внутри оказалась горстка золы, и ничего более. «Боже Всемогущий, что за шутку вы с нами сыграли, сын мой!» – вскричал экзорцист. «Отче, что за шутки играете с нами
В Лудене время от времени пытались проводить самые простые лингвистические тесты. Вот отчет об инциденте, который де Нион, свято веривший в бесноватость урсулинок, считает неоспоримым чудом. Итак: на греческом языке епископ Нимский велел сестре Кларе подать ему четки и прочесть «Ave, Maria». Сестра Клара принесла булавку, затем – анисовое семя. Когда ей было сказано повиноваться, она произнесла: «Похоже, вы ждете чего-то другого». В конце концов она принесла четки и согласилась прочесть требуемую молитву.
