— Мы не можем этого сделать, — произнёс он рядом со щекой Тристана.
— Да, — тот вдохнул, чтобы произнести это, но не сдвинулся с места. — Очень глупо.
И тогда они снова поцеловались, их языки боролись, и не было ничего милого в этой схватке. Тристан был твёрдым, он цеплялся за него так, словно они потерялись в пустыне, а у партнёра была последняя фляга с водой. И потерянный — это именно то, как Рави себя ощущал.
Рави отстранился, но на сей раз потянул Триса к двери, в сторону своей кровати и номера, в котором отсутствовала вонь.
— Ты уверен?
— Чёрт.
— Да, — в выдохе Тристана был целый мир сожалений. Это заставило всё тело Рави болеть.
— Позвони на ресепшн, попроси новый номер, — Рави подтолкнул Тристана обратно в его номер.
— И всё? — Тристан сдержал вздох, полный сожалений.
— Не искушай меня. Пожалуйста. У нас завтра длинный день...
— Мы не можем позволить себе быть глупцами. Я понял. Иду звонить.
— Сделай это, — Рави тихо закрыл дверь. Запер её. И дважды проверил замок. Не потому, что не доверял Тристану, а потому, что больше не доверял самому себе. Он знал, что целовать коллегу было плохой идеей, но позволил себе увлечься, и теперь ему придётся иметь дело не только с перспективой провести завтрашний день в ужасно неловкой обстановке, но и точно зная, каков Тристан на вкус, и зная, от чего он отказывается. Рави отошёл от двери, рухнул на кровать, но прошли часы, прежде чем он смог, наконец, заснуть.
Утро не было слегка неловким. Нет, оно было эпическим шедевром неловкости. Яхта, полная ужасов. Начиная с того, что они оба прибыли в грузовик с двумя стаканами кофе.
— Я... эм... подумал... — Тристан заикался, держа «Американо», который заказал для Рави.
— Да, я тоже, — Рави протянул взбитый напиток, и затем им пришлось жонглировать для того, чтобы каждый оказался с двумя одинаковыми стаканами кофе.
— Я люблю «Фраппучино», но не уверен, что смогу выпить
— Ага, и в грузовике недостаточно подстаканников, — Рави отвернулся, его плечи резко опустились. Он был не похож сам на себя: никаких шуток, сверкающих глаз, лёгких смешков. Тристан не осознавал, насколько ему всё нравилось, пока не исчезло.
Каждый из них выкинул лишний напиток в мусорный бак около грузовика, всё ещё не встречаясь взглядами.
— Так... у нас порядок? — спросил Тристан, не смотря на то, что они, определённо, не были в порядке. По молчаливому соглашению, Рави снова сел за руль, а Трис сопротивлялся желанию выпрыгнуть из грузовика и добраться до Сиэтла на самолёте, поезде или даже арендованном муле.
— Ага, — прежде чем завести грузовик, Рави одарил его пристальным взглядом, словно не мог поверить глупости, которую изрек Тристан.
Чёрт. Кем
— У нас есть около пяти часов. Что скажешь, если мы сейчас немного перекусим, прежде чем заправимся и рванём прямиком в Сиэтл? Там мы сможем нормально поесть.
— Да. Хорошая идея. До тех пор, пока ты будешь достаточно сытым, чтобы не... — Тристан замолчал, потому что ни одно количество закусок не могло бы сделать всё менее странным. Честно, раздражительный Рави может быть предпочтительней осторожного парня, который, очевидно, не мог дождаться прибытия в Сиэтл, чтобы от него избавиться. И Тристан тот, кто всегда отчаянно нуждался в уединении, не имел никакого права обижаться на него. Если они прибудут в Сиэтл во второй половине дня, он сможет провести весь вечер у себя в номере, выясняя, как лучше разобраться в ситуации с Рави к завтрашней установке презентации.