— Но если ты не скрытый... Я имею в виду, они же не хотели, чтобы ты отрёкся от того, кто ты есть, так ведь?
— О, я уверен, они бы стали настаивать на этом, — Тристан застонал, потому что на самом деле вся эта ситуация была полной неразберихой. Каждый раз, когда он думал, что смог избавиться от их влияния — сначала выпуск, потом устройство на работу — накатывала новая волна вины перед Дереком, вызванная грустью и разочарованием его матери.
Но теперь всё стало только хуже, потому что его мать покидает пост судьи, и многие люди обхаживают её, потому что она кандидат в губернаторы. Его родители ясно дали понять, что он должен не высовываться, пока мать баллотируется. Но он действительно не хотел говорить Рави обо всех этих губернаторских штучках. Чёрт, ему не нравится даже
— И нет, они понимают, что слишком много людей знают, что я гей, чтобы попытаться всё скрыть. Но они не хотят, чтобы я афишировал это. Думаю, они надеются, что если я буду сидеть тихо, то тогда не будет лишних слухов, за которые можно зацепиться.
— Это хреново. Но я полностью всё понимаю, — Рави наклонился и потёр плечо Тристана. — Поверь, моя семья закатила бы вечеринку, если бы я отказался от своей ориентации и сказал, что всё это было большой ошибкой, — он фыркнул. — Не то, чтобы это когда-либо произошло.
— В любом случае, я понимаю желание избегать слухов, — слова вылетели у Триса изо рта, словно он мог сбежать от этой странной близости, которую чувствовал к Рави. Волны сочувствия исходили от парня, одновременно согревая и ужасая Тристана. Его руки по-дурацки тряслись, как происходило всякий раз, когда он нервничал. Трис не хотел, чтобы ему так сильно нравилось делиться всем этим с Рави. — Тебе не нужно беспокоиться о том, что я буду распускать сплетни по офису. Чёрт, я просто надеюсь, что если ничего не скажу, то факт, что на работе все знают о моей ориентации, не будет большой проблемой.
— Так... эм... к чему же мы пришли? — Рави уронил руку и задал трудный вопрос, которого Тристан старался избегать.
Тристан перекатился в сторону Рави и оказался слишком близко к его лицу. Ему пришлось силой заставить свои глаза перестать зацикливаться на его губах.
— Слушай, я не настолько наивен, как тебе кажется. И не какой-то мальчишка с горящими влюбленностью к тебе глазами, —
— Типа как то, что происходит в Сиэтле, остается в Сиэтле? — произнёс медленно Рави.
— Именно. Мы просто два парня, которые немного одиноки и очень озабочены, поэтому мы просто немного выпустили пар. И тебе не нужно беспокоиться о том, что будет в Санта-Монике. Я не собираюсь преследовать тебя как какой-то щенок. —
У него было несколько анонимных контактов после Патрика, но все они были настолько неудовлетворительны, что он просто удалил приложение из телефона и попытался принять одиночество. Рави заставил его почувствовать себя менее одиноким и незаметным, и чёрт бы его побрал, если он не хотел бы добавки, прежде чем снова перейти в режим хорошего сына.
Рави изучал Тристана, пытаясь увидеть, насколько тот серьёзен. Было довольно забавно, что парень, который заранее планировал походы в уборную, предлагает краткосрочный случайный секс. Трис обкурился, если думал, что Рави сможет забыть о том, что произошло в ту же секунду как они вернуться в Калифорнию, но он приводил довольно неплохие доводы. Это, и то, что лицо Тристана было в сантиметре он него - всё, о чём он мог думать, так только о том, как восхитительно было его целовать.
Повторить их предыдущие оргазмы звучало потрясающе, но прежде нужно кое-что выяснить.
— Абсолютно никаких обнимашек перед кем-либо из
Живот Рави сжимался от этих воспоминаний. Это была работа его мечты, первая работа в игровой индустрии, несколько лет всё было прекрасно. Но как на работе во времена колледжа, всё вышло из-под контроля, когда он связался с коллегой, что не остановило его от преследования Эмилио. Вплоть до того, что Рави отстранили от проекта и послали заниматься рутинной работой, потому что его боссу не нужна «драма» в команде. Сейчас он получил второй шанс в этой индустрии, шанс заниматься тем, что ему по душе, и не хотел всё потерять.