— Огнемет и был, — огрызнулся Ксенобайт. — Вернее — жидкий термит. Ни одному напалму такая температура горения и не снилась.
— А что случилось с «Фараоном»? — строго спросил Банзай.
— Да перегрев с ним случился, перегрев! — завопил Ксенобайт.
— Как перегрев?! — ошарашенно спросил Махмуд. — А как же… У него что, нет системы экстренного охлаждения?!
— Как видишь! — огрызнулся Ксенобайт. — Они были забыты года полтора назад, после того, как появилась термоизолирующая броня!
— Да, но термоизолирующей брони на нем вроде тоже не наблюдается, — с сомнением заметила Мелисса.
— Правильно! Кому она, нафиг, стала нужна, когда термическое оружие признали неэффективным?
— А почему неэффективным? — удивилась Внучка.
— Потому что какое же оно, нафиг, эффективное, когда у каждого есть система экстренного охлаждения?!
— Тупик, — пожал плечами Банзай. — Логическая петля Нестерова. Ладно, все хорошо, но он же сейчас очухается!
— Бабуля, вы встать можете?
«Чингиз» со стоном и скрежетом поднялся с земли. Вразвалочку, точно пьяный матрос, он обошел застывшего «Фараона».
— Ирония судьбы, — задумчиво заметила Бабуля. — Боезапас на нуле: остатки детонировали при столкновении. И здоровья — только на один раз «поздороваться»…
В эфире воцарилось тягостное молчание.
— То есть… — тихо спросила наконец Внучка.
— Пат. Мы ничего с ним не можем сделать.
— Дайте я ему хоть в морду дам напоследок, — тоскливо проворчала Бабуля.
«Чингиз», пошатываясь, начал заносить кулак, когда земля у него под ногами содрогнулась. Потом вдруг прямо на месте роботов взметнулся огненный вихрь…
— Все, граждане, абзац, — устало проговорил Банзай. — Они подтянули свежие бомбардировщики…
— Вообще-то, строго говоря, матч мы слили, — с задумчивой грустью в голосе проговорил Ксенобайт.
— Не скажи, Ксен, не скажи… Да, мы проиграли планетарный бой, но битву в целом? Это как поглядеть…
— А как можно поглядеть? — с неиссякаемым любопытством влезла Внучка, высунувшись из-за монитора.
— Ну, я тут провел небольшую калькуляцию. Знаешь, «Дестроеры» на этой авантюре потеряли ресурсов примерно в четыре раза больше, чем мы. А получили — шиш с маслом.
Внучка задумалась.
— Так много? — с сомнением спросила она.
— Считай сама. Во первых — они потеряли добрую треть всего своего флота. Во-вторых, потеряли двух роботов, нафаршированных самым дорогим оборудованием. Я уже молчу про топливо, которое они сожгли на переброску. И что они получили взамен? Планету, напоминающую стеклянный шарик. А если еще учесть, что ресурсы мы не добывали, а увели у Шумахера…
Тут Банзай помрачнел и замолчал. Внучка скрылась за монитором, послышалась быстрая дробь по клавиатуре.
— И все-таки, строго говоря, матч мы слили, — повторил Ксенобайт, лениво шевеля манипулятором. — «Дестроеры», конечно, понесли ощутимые потери, но мы-то потеряли все, что у нас было.
— Мы потеряли только то, что наработали за эту неделю, — не согласился Банзай. — А орбитальная бомбардировка после начала планетарной битвы всегда считалась некорректной.
Ксенобайт пожал плечами.
— У него просто сдали нервы. Через минуту-полторы его реактор перезапустился бы, а «Чингиз» был уже на нуле.
— Ну, кто ж ему виноват, что он такой нервный, — развел руками Банзай.
Из-за своей машины вскочила, стягивая с головы шлем, Мелисса и направилась к кофеварке.
— Внучка, запиши. Весь сервер на ушах стоит. Меня засыпали письмами с предложением баснословных денег за раскрытие секретных технологий, с помощью которых мы раскатали «Дестроеров». Думаю, технологии термического оружия вскоре будут переживать свое второе рождение… Да, так и пиши: «второе рождение»…
— Чего вы там пишете? — с подозрением сощурился Ксенобайт.
— Репортаж, — с видимым удовольствием сообщила Внучка. — «Как раскатать мощный клан за неделю»… Или нет, лучше так: «Как мы за неделю раскатали»… Или… М-м-м, как бы его назвать, а?
— И охота тебе возиться? — зевнул Банзай.
— А что?! Пусть все знают! — воинственно взмахнула косичками Внучка.
— Эх, молодежь, — вздохнул Банзай, потягиваясь.
Дверь распахнулась, и в машинный зал, стеная и охая, ввалился Махмуд. Послышался бодрый голос Бабули Флэш:
— Шевелись, внучек, шевелись!
— Бабуля, отстань!
— Всего-то километров шесть пробежали, а ты уже скис?! Нет, определенно, надо снова заняться твоими тренировками, охламон…
— И все-таки, — упрямо затянул Ксенобайт. — Строго говоря, матч мы… А, какая разница?
— Эй, Ксен, ты чего такой кислый? Мелиска, а ну, брось этот свой агрегат, ставь самовар, я пирожков напекла…
Ксенобайт глянул в свой монитор и скорчил кислую физиономию:
— А… «Полковнику никто не пишет…».
— Ксенобайт, бросай эти свои распечатки и поехали в лес. Глянь в окно: солнце светит, птички поют, весна, черт побери! Ты совсем усохнешь за этим ящиком.
