– Так у тебя самого был план? – удивилась она. – Или ты просто симпатизируешь одной стороне, и поэтому сделал такой быстрый выбор? – Скорее третье, – ответил я, улыбаясь. – Пойдем в гильдию.
Мы направились прямиком в гильдию. Пока мы шли по оживленной улице, создавалось впечатление, что где-то совсем рядом не ведутся ожесточенные стычки между повстанцами и действующей властью. Город жил своей обычной жизнью: торговцы предлагали товары, дети смеялись, играя в переулках, а ремесленники усердно трудились в своих мастерских. Казалось, война обошла стороной этот уголок мира, оставив его нетронутым и безмятежным.
Однако это было лишь видимостью. Конфликт между повстанцами и властью, хоть и не затрагивал напрямую мирных жителей, все же накладывал свой отпечаток на их жизнь. Люди старались не замечать тревожных слухов и отдаленных раскатов боев, надеясь, что буря обойдет их стороной. Но те, кто стоял у власти или обладал влиянием, чувствовали всю тяжесть этой войны. Для них каждый день был борьбой за контроль, ресурсы и выживание в этой нестабильной реальности.
Мы без происшествий добрались до гильдии авантюристов. Внутри царила привычная суета, но в воздухе витало напряжение, словно каждый здесь чувствовал, что война где-то рядом. Я сразу же направился к тому месту, где вывешивались особые контракты, и взял листовку с изображением зеркальника.
Как только я взял листовку в руки, все взгляды в гильдии начали обращаться ко мне. Шум постепенно стих, и многие авантюристы отвлеклись от своих дел, чтобы посмотреть на меня. Здесь было много тех, кто скрывался от войны, но также присутствовали и те, кто активно участвовал в конфликте. Их взгляды были полны любопытства, удивления и даже тревоги.
Когда я подошел к стойке регистрации контрактов, та же эльфийка, которая, как мне казалось, работает здесь круглосуточно, бросила на меня неоднозначный взгляд своими зелёными глазами. Ее глаза выражали смесь удивления, беспокойства и даже легкого упрека.
– Говорите, в чем дело? – спросил я, чувствуя, как нарастает напряжение. – Почему вы все на меня смотрите? Может, кто-то объяснит, что я делаю не так?
Эльфийка молчала, долго размышляя о том, что мне ответить. Её взгляд был задумчивым, словно она искала слова в самой глубине своей души. Наконец, легкий вздох прервал молчание, предвещая начало её объяснения.
– Повстанцы побеждают в этой войне, – тихо, но четко произнесла она. – И, заключая этот контракт, вы подписываете себе смертный приговор. Я даю вам столь ценные сведения, потому что не хочу потерять столь ценного авантюриста, как вы, Альдерон.
После ее слов внутри меня началась настоящая война – война между разумом и сердцем. Мой мозг кричал о том, что нужно выжить, избежать риска и не лезть в опасные авантюры. Но сердце, напротив, жаждало действовать, даже если это означало рискнуть всем. Оно хотело умереть с чистой и спокойной душой, зная, что я сделал то, что считал правильным.
«И что же мне делать?» – начал я размышлять, чувствуя, как в голове роятся противоречивые мысли. – «Когда я смотрю спортивные каналы, я всей душой начинаю болеть за проигравшую сторону или за ту команду, которая никогда не выигрывала кубка и всегда оставалась вторым номером. И я замечал, как в спорте редко случаются чудеса. А если они и происходят, то чаще всего это больше похоже на подкуп спортсменов, чем на настоящую победу. Черт, о чём я вообще думаю! Совсем не о том, что надо!» – выругался я внутри себя, раздраженный своими дурацкими мыслями.
– У меня возник один вопрос, – обратился я к эльфийке, стараясь вернуть разговор в нужное русло. – Если этот зеркальник победит в этой войне, то город простит ему все его преступления и злодеяния?
– Нам придётся принять эту горькую правду, – ответила она, её голос звучал сдержанно, а потом продолжила. – Этот сумасшедший слишком хитер, чтобы быть просто сумасшедшим. Он ведет войну по правилам, и это делает его ещё более опасным. И не стоит забывать о существовании трёх великих сил, которые могут вмешаться, если зеркальник продолжит творить зло.
– В таком случае я беру этот контракт, – сказал я, поддавшись порыву чувств.
«Альдерон, куда подевалась твоя осторожность? Почему меня так тянет к этому огню?» – упрекнул я сам себя, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
Только сейчас я начал замечать, как в гильдии стало непривычно тихо. Казалось, будто в этом здании не было ни души, хотя вокруг стояли десятки авантюристов. Все они навострили уши, подслушивая наш разговор с эльфийкой.
– Я люблю создавать повод для сплетен, – сказал я, обращаясь к ним. – «Надеюсь, вы насладитесь, рассказывая своим друзьям то, что здесь услышали.»
Эти слова принадлежали одному великому человеку, который когда-то работал менеджером в background. Они звучали как шутка, но в них была доля правды – я знал, что наш разговор станет темой для обсуждений на ближайшие дни и недели.