— Зуб даю! — уверенно ответила Нелидова. — Чтобы получить бумаги из Комитета по здравоохранению, потребуется время, да и вряд ли это удастся сделать без лишней огласки. Я так понимаю, шум тебе не нужен?
Он кивнул.
— Тогда Шураев — наилучший вариант, — констатировала она. — Тот, кто дал мне его контакты, уже переговорил с ним, и мужик согласен с тобой пообщаться. Об одном тебя прошу: постарайся обтяпать все как можно тише, а после разговора поставь меня в известность о его результатах, лады?
— Ну что, это самый молодой, да? — нетерпеливо спросила Лера, как только Роман Вагнер вошел в ее кабинет после двадцати минут, проведенных в предбаннике в компании оперативников, проводивших обыск в квартире Константина Теплова. — Григорий Чубченко?
— Сомневаюсь, — покачал головой ювелир.
— Как так?
— Он не показался мне легкой мишенью. Проверьте лучше пожилого мордастого дядьку.
— Кропачева? — удивилась Лера.
— Он… очень напуган.
— Серьезно?
— Мне так показалось.
— Он не выглядит взволнованным!
— Самый молодой скорее переживает из-за того, что тот мужик средних лет о нем подумает.
— Мужик средних лет — это вы о старшем группы Истратове?
— Не знаю, — пожал плечами молодой человек, — наверное. А пожилой весь на нервах — это точно!
— Странно… — пробормотала Лера задумчиво. — Мне казалось, именно его будет труднее всего расколоть, ведь у него такой опыт за плечами!
— А вы не думаете, что ему скоро на пенсию?
— И что?
— А то, что одно дело — уйти в отставку с честью, и совсем другое — с замаранной репутацией! Поразмыслите над этим, ладно?
— А как вам показался Истратов?
— Вообще никак.
— В смысле?
— Он непроницаем, словно лист железа. Ноль эмоций… Мне кажется, с ним беседовать бесполезно: он будет последним, кто заговорит!
— Что ж, поверю вам на слово, — пробормотала девушка. — Как вы… как вы себя чувствуете?
— Да в порядке я, правда. Не считайте меня таким уж слабаком!
— Вот еще, я вовсе так не думаю!
— Какое облегчение!
— Ладно вам ерничать, я доверяю вашей интуиции и благодарна за сотрудничество.
— Я могу идти?
— Да, конечно.
— Дадите мне знать, если получится разговорить мордастого? — неожиданно попросил Вагнер. — Меня не интересуют секретные сведения, но хотелось бы понять, правильно ли я угадал.
— Обязательно, — улыбнулась Лера. — Как только, так сразу!
Едва за ювелиром закрылась дверь, она позвонила Падояну:
— Ты в здании?
— Только вернулся, а что?
— Дуй наверх: будем допрашивать подозреваемого!
К выбору наряда для свидания с Мономахом Алла подошла серьезно: чаще всего они встречались либо в клубе скалолазов, либо на ее работе, поэтому особо прихорашиваться не приходилось. В этот раз он пригласил ее вместе поужинать — кажется, впервые за время знакомства, — поэтому она решила принарядиться. Интересно, с чего такая перемена? Конечно же, скорее всего, это касается дела Константина Теплова: хоть его и ведет Валерия Медведь, с Сурковой доктору Князеву общаться гораздо легче, нежели с ее младшей коллегой. Что ж, Аллу это устраивало, ведь она всегда рада видеть Мономаха, какой бы ни была причина! Ей уже стало казаться в последнее время, что она чересчур уж привязалась к нему и даже на что-то рассчитывает. На что? Она же в курсе, что у доктора есть любовница. Более того, дама эта — его начальница. И все же Алла ничего не могла поделать: ей нравился Мономах… Даже, пожалуй, больше: она испытывала к нему довольно сильное чувство, название которого боялась произнести вслух. Любовь? Это понятие настолько заезжено, что приобрело чуть ли не отрицательную коннотацию!
Можно ли полюбить, когда тебе за тридцать пять, ведь сильные эмоции свойственны более молодым, а не зрелым людям вроде Аллы… С другой стороны, разве любовь выбирает, когда случиться? Кто-то счастлив настолько, что встречает ее в юности, но она может и не пережить периода зрелости, столкнувшись с трудностями. А ведь полно тех, кому за всю жизнь не удается познать любовь, и таких большинство! У Аллы Сурковой все в порядке: у нее есть отличное жилье, любимая работа, репутация и замечательная команда, на которую всегда можно положиться. Нет только близкого человека рядом. Если подумать, она уже испытала то, что зовут любовью, — и не важно, что многолетние отношения не закончились браком: можно ли ожидать, что подобное повторится? Возможно, она слишком жадная и многого ждет от жизни, которая, в сущности, и так к ней достаточно благосклонна?
В Мономахе Алле нравилось практически все: его профессионализм, отзывчивость, редкая как среди врачей — в особенности хирургов, — так и среди людей вообще, ответственность и, самое главное, доброта, которую нечасто встретишь в наши дни! Из недостатков — он упрям и не в меру самоуверен, но разве это не свойственно большинству мужчин? Кроме того, занимая руководящую должность, не должен ли Мономах проявлять лидерские качества?
