— А с чем еще она может быть связана? Смотри, во-первых, пациентка моего отделения рассказала, что Костик присоветовал ей перейти на амбулаторное лечение в другую клинику, после чего ее состояние значительно улучшилось, тогда как в онкоцентре ей, наоборот, становилось только хуже! Далее, мы теперь точно знаем, что он направил в Комитет по здравоохранению письмо: о чем, думаешь, он мог там написать?
— Да о чем угодно! — развела руками Нелидова. — Может, это касалось какого-то пациента или врача?
— Нет, вряд ли речь о частном случае — тогда Костя не стал бы огород городить! То, что кем-то инициирована проверка в отделении, тоже что-то значит, разве нет? И это вовсе не из-за письма Константина, ведь оно не дошло до адресата!
— Ну ты же в курсе, как это бывает: кто-то желает подсидеть заведующую или даже главного, вот и напрягает все возможные связи, чтобы дискредитировать их!
— Нет-нет, тут все не так просто! — не сдавался Мономах. — Понимаешь, центр не просто так назван «президентским»: он снабжается всем необходимым в первую очередь, поэтому туда так стремятся попасть все больные! В него поступают даже лекарства из санкционного списка, а это, как ты понимаешь, о многом говорит. Если бы речь шла о частном случае, то… Знаешь, похоже, опера, устроившие незаконный обыск в квартире Кости, изъяли его компьютер. В нем наверняка оставалась копия послания, направленного в Комитет по здравоохранению, и они, видимо, хотели убедиться, что о ней никто не узнает.
— Но это означает, что в Комитете у зава отделением или главврача есть свой человек, во власти которого сделать так, чтобы письмо не попало в руки того, кому предназначалось!
— Ты уловила самую суть.
— А ты представляешь, каким влиянием должен обладать человек, работающий в онкоцентре, чтобы сделать это, да еще и заставить оперов, не имеющих к медицине никакого отношения, так поступить в его интересах?
— Вот почему я считаю, что тут дело либо в дружеских, либо даже в родственных связях!
— Ну ты прям Шерлок Холмс… Ладно, ты меня заинтриговал: что требуется от меня?
— Нужно выяснить, когда и каким образом закупались оборудование и медикаменты для Президентского онкоцентра.
— Сделать это будет непросто, — покачала головой Нелидова. — Что ты надеешься там обнаружить?
— Нестыковки, если повезет. Как думаешь, почему пациентке в онкоцентре препараты не помогали, а в другом месте — помогли, причем те же самые?
— Кроме нее, есть еще те, кто жаловался? — поинтересовалась Анна.
— Ты права, это нужно выяснить.
— Не смей! — рявкнула она, подавшись вперед, словно собиралась наброситься на Мономаха прямо с кровати, как змея. — Ничего не делай, ладно?
Черт подери, как же часто в последнее время он слышит одну и ту же просьбу!
— Оставь это мне, — добавила Нелидова уже мягче. — В конце концов, у меня больше власти и связей, да и к убитому я отношения не имею, поэтому вряд ли кто-то сможет меня в чем-то заподозрить!
— Ты правда это сделаешь?
— Если нет, боюсь, ты продолжишь копать и рано или поздно нарвешься на большие неприятности! Так и быть, помогу тебе: имей в виду, только потому, что этот твой Костик не чужой тебе человек. В противном случае я бы ни за что не стала заниматься тем, что положено делать Сурковой и ее коллегам! Наша с тобой обязанность — лечить пациентов, а ее — решать проблемы вроде этой. Вот возьмем сына твоей подружки: если бы он не вмешался не в свое дело, то, скорее всего, был бы сейчас жив! Кому, скажи на милость, нужен обычный ординатор? Нет, ему понадобилось… Короче, я займусь: полагаю, через пару дней необходимые документы будут у тебя на руках, но и ты должен мне кое-что пообещать взамен.
— Что?
— Что ты передашь их Сурковой, а не станешь сам распутывать цепочку поставок, хорошо? Я вовсе не хочу, чтобы ты последовал за тем парнишкой, ведь тебе еще детей растить и меня ублажать!
— А ты, оказывается, корыстная женщина!
— А как же? Сама о себе не позаботишься — кто ж о тебе вспомнит?
— Спасибо.
— Пока не за что — поблагодаришь, когда я добуду бумаги… А теперь, похоже, ничего не поделаешь: пора вставать и отправляться руководить!
— Отличная новость! — воскликнула Алла, когда по телефону Антон Шеин сообщил о задержании Николая Куркова.
Тот не нашел ничего лучше, как прятаться на старой даче в Сертолово у приятеля. Оперативникам удалось разговорить его мамашу, и она, под угрозой уголовной статьи для Михаила, согласилась сдать дружков сына. Кроме того, Антон в красках описал ей, каким именно видео отдавал предпочтение Николай, а ведь она пребывала в полной уверенности, что он всего-навсего балуется порнушкой, что в его возрасте объяснимо и совсем не предосудительно!
— Мы везем парня в контору, — сказал Шеин. — Будем часа через полтора — пробки.
— Жду с нетерпением! — отозвалась Алла.
