Без лица (СИ) полностью

– Ну что? Все готовы? – спрашивает Мария.

Хлоя подмигивает мне, и взглядом указывает на стол с косметикой, где лежит черная маска. Подруга надевает свою и выходит в коридор бункера с другими, уже готовыми, девушками. Я натягиваю маску, которая закрывает все лицо: она черная и непроницаемая, в своем отражении, я даже не узнаю черт лица.

– Не испачкайся сегодня, – раздается голос Марии за моей спиной.

Мое сердце словно останавливается.

– Чем? – с трудом произношу я, пытаясь проглотить застрявший ком в горле.

– Кровью, – отвечает девушка со зловещей улыбкой.

5

Перед дверью, ведущей наверх, Мария приказывает всем остановиться. Я бросаю взгляд на Тревиса, не выпускающего из рук средней величины мешок. Мне становится жутко интересно о его содержимом.

– Итак, курочки, – произносит Мария, расплываясь в улыбке. Я подавляю приступ рвоты, вспоминая наш вчерашний поцелуй. – Сегодня вы: не разговариваете, не пьете, не едите, не двигаетесь, пока вам этого не прикажут, если хоть кто-то из вас закричит, считайте, что вам гарантирована экскурсия по Чистилищу в один конец. Вопросы есть?

Я кошусь на остальных девушек и встречаюсь взглядом с Жанной.

– У меня один, – встревает Мелисса, приподнимая маску с лица.

Мария радостно хлопает дважды в ладоши.

– Попалась, детка, я говорила: не разговаривать, – блондинка недовольно надувает губы. Я чувствую, что за этим последует что-то неправильное. Мария сегодня слишком радостная, и она не сердится за то, что ее ослушались, она…улыбается? – Трев, доставай! – Мария поворачивается к вышибале и протягивает руку. Тревис достает из мешка ножницы и изоленту.

Нам собрались заклеивать рты?

– Двигай сюда, пупсик, – Мария подзывает Мелиссу, но девушка не двигается с места, ошарашено выпучив глаза. – Ко мне, живо! – приказывает Мария.

– Ты не заклеишь мне рот, – возражает блондинка.

– Заклею, предварительно двинув тебе по мордашке, если ты добровольно не подойдешь ко мне, – хладнокровно произносит Мария.

Девушки сверлят друг друга взглядом, пока Мелисса вновь не подает голос:

– Ни за что.

Я качаю головой. С Марией шуткой плохи. Она подходит к Мелиссе заносит руку над ее щекой. Раздается шлепок. Мелисса не успевает ничего сказать, как ее щека покрывается красной коркой, а в глазах блестят слезы, но она умело их сдерживает.

– Тварь, – шипит девушка.

– Замолчи, пончик, – ненавязчиво произносит Мария, отрезая кусок изоленты и заклеивая Мелиссе рот, а затем обратно опускает маску девушке на лицо. Как будто ничего не случилось. – Угомонились? – Мария возвращает свое внимание нам.

Все согласно кивают.

– Отлично, встаньте друг за другом, – мы выполняем приказ. – Тревис, доставай наручники.

Что? Наручники? Выпучив глаза, я встаю посередине.

Мария обходит нашу небольшую колонну с головы. Каждую девушку она соединяет с последующей при помощи наручников. Справа от меня стоит Хлоя, слева: Мелисса. Хлоя хватает меня за руку, наши пальцы переплетаются, я чувствую, как колени начинают дрожать, а голова кружиться, когда Мария подходит к нам. Мелисса стоит, не шевелясь. Ее спина пряма, как доска, а голова приподнята. Она гордая. Девушка, не желающая показывать свою слабость, меня это пугает, но в то же время восхищает.

Ледяной металл соединяет наши запястья с Хлоей. Щелчок. Мария, не смотря на меня, проходит левее – к Мелиссе. Соединяет наши руки. Второй щелчок. Затем девушка достает из кармана ручку и рисует на руке Мелиссы единицу.

Это еще зачем?

К тому времени, когда Мария заключает всех девушек в наручники, мои запястья ноют от отека.

Я заставляю себя промолчать, не съязвить, засунуть свой сарказм и плохие шуточки куда подальше, чтобы мне не заклеили рот.

– Пора.

Тревис открывает дверь с пустым мешком в руках. Хотела знать, что там - получила свое. Все мы поворачиваемся и идем колонной. Одна моя рука безжизненно болтается за спиной вместе с рукой Мелиссы, а вторая – впереди с кистью Хлои.

Свет в комнате не яркий, а напротив приглушенный, музыки не слышно, а Безлицых нигде нет.

Мария ведет нас прямиком в бар. Я чувствую страх перед неизвестностью, но в тоже время внутри все трепещет. Возможно, Алекс вновь поможет мне. Это глупо. Слишком наивно. Я заставляю себя забыть об Алексе. Он не должен был выбирать меня. Ошибка. Безлицый совершил ее, когда отказался от меня, теперь и я жалею об этом, возможно, сейчас мне не было бы так страшно.

Смех. Мужчины играют. На небольшом зеленом столе лежат фишки, карты, стоят прозрачные стаканы с какой-то жидкостью, от которой несет так сильно, что запах слышится прямо с порога комнаты.

Я непроизвольно вытягиваю шею и ищу глазами Алекса, но так и не нахожу.

Их одиннадцать.

Безлицых меньше: Алекса нет. Сердцебиение учащается. Страх подкатывает к горлу, а руки начинают трястись. Пистолет. На столе лежит оружие. Пока, только одно.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. В это время раздается бурный смех мужчин.