Тридцатого декабря мы поехали в Токусиму. Мы – это Аматэру, ну и Раха с Акеми, мои друзья и друзья Казуки. В общей сложности девятнадцать человек. Про слуг рода и охрану, в том числе и охрану моих друзей, я не говорю – если их считать, то народу набирается ой-ей как много. Хотя кое-кого упомянуть надо. Дело в том, что у Накамуры Гая, заведующего контрразведкой рода, есть дочь и она больна. Я знал об этом изначально и при его найме говорил, что помогу, если будет такая возможность. И помогал. Когда у меня были только деньги, помогал деньгами, когда появились целители, посылал их к девочке. Но… В общем, ничего не помогало. Болезнь, словно проклятие, не хотела уходить. Состояние больной целители стабилизировали, но помочь кардинально не могли. В очередном отчете, который я получил за день до поездки в Токусиму, говорилось, что помочь ей могли только целители наивысочайшего класса, а таких в стране всего девятнадцать человек. Меньше двух десятков целителей пятого ранга, которые завалены работой по самую маковку. А девочку не вылечить за пять минут, нельзя просто произнести волшебное заклинание и радоваться выздоровлению. Это долгая работа, которой у целителей, как я и сказал, и так навалом. Пойдут ли они мне навстречу? Наверняка кто-то пойдет. Думаю даже, большинство. Проблема в том, что у ребенка началось обострение, и смогут ли они вообще помочь – вопрос вопросов.
В общем, обдумывая ситуацию, я пришел к выводу, что мне нужно именно волшебное заклинание. Что-то очень мощное и очень быстрое. И у меня есть такое заклинание, отзывается на «Великая Рыжая». Так что помимо всех тех, кого я перечислил, в Токусиму отправилась и дочь Накамуры. Правда, приехать она должна только на следующий день после нашего прибытия в город.
Новый год был популярен в Японии. Более популярен, чем в моем прежнем мире. А вот Рождество не прижилось. Японцам было откровенно плевать на какого-то там типа, рожденного фиг знает где и фиг знает когда. У нас тут и своих богов хватает. Хотя очередная странность этого мира состоит в том, что летоисчисление совпадает с рождением Христа, только называется иначе – не от Рождения Христа, а от Падения Роги. Роги, если что – это один из Древних. Тогдашний лидер всех Древних мира, которого боги, собравшись в небольшую кучку, таки грохнули, что ознаменовалось началом падения Древних как вида. Так что у нас сейчас начало двадцать первого века от Падения Роги. Впрочем, стоит понимать, что это общепризнанный мировой стандарт, что не отменяет применение других летоисчислений в различных странах. В том же Китае и Персии. Да и в Японии, если смотреть на церемониальные грамоты и часть документов, можно увидеть дату «9102 год от Основания Империи», и празднуется он, правда, не очень активно, в начале весны. Лично я его вообще ни разу не праздновал.
Тридцать первого декабря был заключен договор между родом Коширских и кланом Хейг, после чего начался отсчет их проигрыша. Сделка сулила Хейгам баснословные барыши. В то же время, если они не уложатся в срок, их клан понесет колоссальные потери. Теперь им кровь из носу необходимо выполнить контракт, чему я намерен активно мешать. Но это дело будущего, а сегодня я сидел в удобном кресле большой гостиной особняка и наслаждался атмосферой. Рядом, к слову, сидела Атарашики, и ее толпа в доме тоже не напрягала.
– Ниже, – командовала Норико друзьями Казуки. – Ниже. Ниже… Боги! У вас совсем глазомера нет?! Выше поднимайте. Ниже! Аргх… Раха, ударь их.
– Не тебе, мелкая, говорить о моем росте! – наезжала Рейка на Торемазу.
– Да тебе о росте говорить кто угодно может! – возмутилась та.
– Я не карлик! – топнула Рейка ножкой. – Будешь так говорить, я тебе хедшот влеплю!
– Хедшот ты ламерам в Офужизуне лепить будешь. Да и там вряд ли, – потешалась над ней Торемазу.
– Что-о-о?! Ты бросаешь мне вызов?! Казуки! Казуки, нам нужен компьютер!
– Йо-хо-хо! – веселилась с другой стороны гостиной Мизуки.
– Блин, рыжая, ты достала уже со своим Сантой! – пытался отбиться от нее Тейджо. – Иди сестру доставай.
Стоящий рядом Мамио промолчал, а покинувшему их компанию Казуки, отправившемуся искать компьютер, и вовсе было плевать. Мизуки была одета в платье местной Снегурочки, ну или женскую версию Санты Клауса. Правда, накладная борода выбивалась из образа.
– Держи ее подальше от нас! – выкрикнула Шина, услышавшая их разговор.
Стояла она в компании Анеко, Акеми и Эрны. Что такая компания могла обсуждать в своем уголке, я даже не представляю.
В этот момент ко мне подошел старик Суйсэн и с поклоном доложил:
– Дочь Накамуры-сана прибыла, господин.
– Спасибо, Каджо-сан, – кивнул я ему и, повернувшись в сторону рыжего бедствия, крикнул: – Мизуки!
Дождавшись, когда она обратит на меня внимание, махнул ей рукой.
