— Не знаю, — я потер виски, пытаясь прогнать туман усталости и боли. Нога снова ныла, напоминая о недавней схватке и о той, первой ране, полученной в стычке с бандитами. — Лоцман… он вел нас по своим картам. У меня нет его маршрута.
Только конечные координаты ангара, которые дал Рейд.
Она указала на кресло, где еще несколько часов назад сидел Лоцман. На навигационном столе, среди его потертых карт и старых инструментов, лежал небольшой, сложенный в несколько раз лист пергамента.
Я подошел, взял его. Это была одна из карт Лоцмана — подробная, испещренная пометками, сделанными его рукой. И на ней… на ней красной линией был прочерчен маршрут. От места нашей встречи с ним на «Голосе Стали» — через все силовые штормы, гравитационные аномалии, зоны обитания тварей — и до этой самой точки, где мы сейчас находились. А дальше… дальше линия вела к маленькому, обведенному кружком значку с подписью: «Ангар. Вход здесь. Будьте осторожны. Тени не любят чужаков».
Он оставил нам карту. Он заранее позаботился о том, чтобы мы смогли дойти до конца, даже без него.
Старый пират… он оказался не таким уж и циничным, каким хотел казаться.
Я активировал навигационную систему, вывел на главный экран карту сектора, насколько ее вообще можно было назвать картой — белое пятно с редкими, неточными отметками аномалий и предполагаемых разломов. И маленькая, едва заметная точка — координаты ангара «Рассвета». Она была…
— Сарра, смотри! — я ткнул пальцем в экран. — Мы… мы почти на месте!
Координаты ангара были совсем рядом, буквально в нескольких десятках километрах от нашего текущего положения.
Лоцман успел довести нас почти до самой цели, прежде чем…
— Он знал, что мы близко, — прошептала Сарра, её глаза расширились от удивления. — Он знал, и… и он оставил нам…
— Он… он все рассчитал, — я сглотнул ком в горле. — Он привел нас сюда. И показал дорогу.
На душе стало немного легче. Появилась какая-то злая, отчаянная решимость.
Теперь, мы не могли его подвести. Должны были дойти до финиша любой ценой.
Мы потратили еще несколько часов на то, чтобы привести «Странника» хотя бы в относительный порядок. Я переключил питание на резервные ячейки — их должно было хватить на короткий перелет до ангара и, возможно, на активацию каких-то систем «Рассвета», если он еще способен их активировать. Сарра, используя остатки ремкомплектов, кое-как залатал самые большие пробоины в корпусе. Двигатели удалось запустить, хоть они и работали с перебоями, издавая тревожный, дребезжащий звук.
Медленно, очень медленно, двинулись по курсу, указанному на карте Лоцмана.
Координаты привели нас не просто в точку посреди океана.
Они вывели нас к гигантским, почти полностью разрушенным конструкциям, которые смутно угадывались в мутной воде впереди.
Это были руины.
Руины чего-то огромного, древнего, созданного явно не руками людей.
Массивные, почерневшие от времени и давления плиты из неизвестного, темного сплава, искореженные балки, обрушившиеся своды, остатки каких-то шлюзов и стыковочных узлов… Все это громоздилось друг на друга, создавая картину полного запустения и забвения.
Конструкции были полуобрушены, многие из них висели под неестественными углами, готовые в любой момент рухнуть окончательно. Повсюду виднелись следы времени, коррозии, давления и, возможно, каких-то древних сражений или катастроф — оплавленные края пробоин, глубокие борозды на металле, словно от когтей гигантского чудовища.
— Что это? — прошептала Сарра, её лицо выражало смесь страха и благоговейного ужаса. — Похоже на… останки какой-то древней базы. Или… или крепости?
— Скорее, перевалочной станции, — сказал я, сверяясь с данными кристалла, полученного от Рейда, и картой Лоцмана. — Или… гигантского шлюза. Вход на «Тропу Призраков». Именно здесь, где-то внутри этих руин, согласно информации отца и Калуса, должен быть спрятан ангар с «Рассветом».
Мы медленно маневрировали между обломками, луч нашего прожектора выхватывал из мрака все новые и новые детали этого грандиозного, но мертвого сооружения.
Атмосфера здесь была гнетущей. Тишина — абсолютная, звенящая. Казалось, само время застыло в этих руинах, сохранив память о тех, кто когда-то их построил, и о тех, кто здесь погиб.
«Тени не любят чужаков» …
Слова Лоцмана эхом отдавались у меня в голове. Внезапно я вспомнил старого Мэла.
Все старики на дне были такими, странными?
Ангар с «Рассветом» был где-то здесь. Совсем рядом.
Оставалось только его найти.
И надеяться, что тени этого места позволят нам это сделать.
***
Оставить «Тихого Странника» снаружи, среди этих циклопических, готовых в любой момент обрушиться руин, было рискованно. Но и маневрировать на нашем поврежденном, едва слушающемся управления корабле в узких, заваленных обломками проходах древней станции было бы чистым самоубийством.
— Оставим его здесь, — решил я, найдя небольшую, относительно защищенную нишу между двумя массивными, накренившимися плитами, где «Странник» был бы хоть немного прикрыт от возможных обрушений. — Дальше — пешком. В скафандрах.
