– Моё имя Дзюнтаро, – ложь, но умелая, и с некоторыми оттенками правды. Возможно, достаточно долго живет под фальшивым именем и свыкся с ним. – Я жду вас в кафе на главной площади Эсаши. Как скоро вы будете на месте?
– Вы же должны были приехать завтра! – показал намного больше удивления, чем было на деле. На грани легкого шока.
– Иногда планы меняются. Как скоро вы будете?
Пообещал быть в течении часа, а сам немедленно поделился записью разговора с полицией. И тут же меня набрал Кикучи-сан.
– Слушайте внимательно, Ниидзоно, мы с вами это все проговаривали предварительно, но я повторюсь. Возможно, это наш последний свободный сеанс связи, – перешел он к делу после обмена приветствиями. Я использовал древнеегипетское “ирек”, а он обыкновенное “моши-моши”.
– Внимательно вас слушаю.
– Во-первых, не рискуйте, вы гражданское лицо, не вздумайте играть в героя. Если посчитаете, что нам пора вмешаться, подавайте условный сигнал. Помните его?
– Я помню, но повторите на всякий случай, – специально добавил в голос дрожи и неуверенности. Я слишком многое к данному моменту показал Кикучи-сану, лучше выглядеть в его глазах как можно безобиднее.
– Если микрофон активирован, вы скажете “Мне это не нравится”. Если по каким-то причинам вы знаете, что мы вас видим, но не слышим, почешите переносицу.
– Понял, инспектор-сан.
– Ваша безопасность в приоритете. Оперативная группа уже поблизости. Помните, ваша основная задача – добыть улики для задержания. Заставьте преступников признаться в шантаже и не забудьте заранее активировать микрофон. Третий приоритет – информация. Пусть скажут что-то ценное о Кагешуго и других хакерах. Скорее всего, к вам на встречу явится обычный исполнитель. Нужно получить сведения, чтобы распутать весь клубок. И повторяю – никакого геройства.
То, что опергруппа уже поблизости, для меня новость. Интересно, где они в Эсаши прячутся? Хотя городок не такой и маленький, почти десять тысяч жителей. Надеюсь, полицейские не зафиксировали, как я вывеску онсена обновил, а то получу штраф за вандализм. Нет, я бы такое почувствовал.
– Постарайтесь оставаться в людных местах, – продолжал уже однажды слышанный мной инструктаж полицейский. – Понимаю, вы нервничаете, это нормально. Не пытайтесь это скрывать от преступника. Страх в вашем положении жертвы логичен и его отсутствие насторожит. Как построить разговор – мы вас также инструктировали. Задавайте вопросы, которые вы должны были заучить.
Список шаблонных фраз я добросовестно выучил, но использовать не собираюсь. Если у шантажиста есть хоть капля мозгов, в ответ на “Вы осознаете, что это незаконно?” он рассмеется и уйдет. Пожалуй, самое сложное – не разговорить шантажиста, а сделать это так, чтобы копы ничего не заподозрили по поводу моих возможностей.
Если я прикажу негодяю “вы мне сейчас все расскажете” и он послушается, то как бы затем спецподразделение Кикучи-сана по допросам меня не затаскало. В роли того, кто задает вопросы. Да и слишком привлекать к себе внимание глупо. Разумнее было бы золото отдать, чем раскрыть перед правительством мистические способности. На парковке в центре Эсаши активировал пуговицу с микрофоном, полученную от инспектора. Кроме того, включил еще и запись на телефоне.
Небольшое кафе с невероятно оригинальным названием “Сакура” мне понравилось. Приятная обстановка с традиционными элементами в оформлении зала. Хорошее освещение. Удобные шкафчики для уличной обуви на входе и заранее нагретые сменные тапочки, в какие так приятно залезть ногами.
Кто мне тут нужен, стало ясно с первого взгляда – мужчина, сидящий в глубине зала, несколько не вписывается в обстановку. Лет сорока. Высокий лоб и большие залысины вкупе с короткой стрижкой создают впечатление того, что голова визуально кажется крупноватой. Заметные мешки под глазами и бледный цвет лица выдают проблемы со здоровьем либо сильный недостаток сна. Если шантажист добирался на остров самолетом – ничего удивительного. Самый некомфортный способ путешествия из испробованных мной лично.
Даже уже почти уверившись, кто мне нужен, нерешительно застрял посреди заведения, осматривая остальных посетителей, как бы решая, кто из них мог бы оказаться тем самым человеком. Может быть, шестнадцатилетний старшеклассник, который сидит за столиком у окна и бросает взгляды, полные ожидания? Наверняка у парнишки свидание. Или мне звонила вон та женщина с некрасивым лицом? А, может быть, старик, разгадывающий газетный кроссворд? Этот нерешительный Ниида никак не способен определиться.
Болезненный мужчина лаконичным, но при этом властным жестом указал мне на стул напротив себя. На столике перед ним только простой рис с овощами и чайник с зеленым чаем. Соблюдает диету. Холмс-сан гордился бы моей наблюдательностью.
– Это с вами я говорил по телефону? – подпустив дрожи в голос, осведомился я.
