— Не особо, на южном склоне горы Фудзи, может, час или два езды. Не, так-то я могу и съездить, это же не контрольная.
«Фудзимори Инари Тайся» — было набрано в бланке. Интуиция тут вынесла однозначный вердикт — это та самая проверка от храма.
— А там не берут помощников из числа родителей? — cпросил я у Тики, имея в виду экскурсию, на которую поставлено слишком многое, чтобы пускать на самотек. Провалится сестренка — и я ведь не отдам ее в храм для услужения, как было предложено Кагами ее старшими. Вот уж нет.
Совершенно ненужный конфликт с, возможно, что всей государственной машиной, какого хотелось бы избежать.
— Я не засмущаю тебя, если тоже поеду? Нам с Цуцуи надо выбрать место, где провести свадебную церемонию, а в храме Инари в Токио ей очень понравилось. Мияби не показывала тебе наши фото из ее храма? Мы даже настоящую живую лису видели.
Заинтересованность показал самую искреннюю. Мне ведь без обмана хочется там побывать и понять храм. Насмотревшись на преступления Хидео-сана, я должен признать, что, возможно, указ сегуната имеет определенный смысл. Кицунэ чересчур непоседливы и слишком пренебрегают законами. Их… то есть нас, стоит сдерживать. Но не так! Не наказывая женщину за то, что влюбилась
— Я чё, слабоумная, смущаться того, что у меня есть семья, тем более такая крутецкая? Да и вообще смущаться. Это все для неженок, а не таких, как я. И что, даже на работу ради поездки в храм не пойдешь?
— У меня есть оплачиваемые отгулы, они просто сгорят, если не использовать, — соврал я. На самом деле законные дни отдыха, проведенные по всем регламентам корпорации, никто у меня отнять не смог бы. Разве что заменив на денежную выплату.
— А, ну ладно тогда. Поезжай, разрешаю, — подмигнула девочка. — Только учти, я буду всю дорогу хвастаться старшим братом, не надо мне всех этих твоих «всё было не так» и «банду насильников я не избивал».
Стоит ли мне предупредить о скорой экскурсии Кагами? Пожалуй, нет, все равно это ничего не изменит. Моя матушка не более, чем жертва.
Чуть позже улучил свободный момент, пока ужин еще не подан, и написал Амацу-сенсей.
Вот так. Какая-никакая гарантия того, что мы с сестрой не только войдем на территорию храма, но и выйдем наружу.
Волновать Мияби возможными проблемами с храмом и жрицами Инари не хотелось, но раз уж я решил не иметь от нее секретов, надо быть последовательным, да и интуиция подсказывала, что так будет правильно. Моя невеста — самостоятельная личность и равноправный партнер, а не «дама в беде» и относиться к ней следует соответственно. Рассказал все перед сном, уверив, что у меня все будет под контролем. Это даже не обман… я и правда верю, что смогу выпутаться и все контролировать. Но не очень понимаю, что именно.
— Я в тебя верю, — чистым, не замутненным испугом взглядом, посмотрела на меня Цуцуи. — И не буду переживать. Но на всякий случай знай — я могу попросить босса помочь, если что-то случится.
Весь следующий день я как будто на циновке из иголок сидел. Спасся только, с головой уйдя в бухгалтерию фонда, каковой моё внимание не так и требовалось. Моя невеста оформила мне отгул, его я согласовал с Асагавой-сан, не ставшей спорить после того, как получила еще один кусочек тортика. Может, мне еще и жриц Инари сладостями угостить? Проявлять враждебность к человеку, что накормил тебя вкусняшками — противоестественно.
Ближе к концу рабочего времени получил звонок с незнакомого номера.
— Mae govannen, — ответил я на эльфийском. Так называемом синдарине, языке, выдуманном британским фантастом Толкином для перворожденных.
— Ниида-сан, это вы? Вас беспокоит Кацуно Мизуки, учитель математики из школы Фурин, где учится ваша сестра.
— Добрый вечер, Кацуно-сан. У Тики-тян все в порядке? Она временами такая непоседливая.
