— Итак, теперь к вам, Кикучи-сан, — суперинтендант Ямамото, в свои пятьдесят уже полностью седой, но все еще подтянутый и крепкий физически, посмотрел на подчиненного через весь совещательный стол. — Позвольте выразить вам официальную благодарность от всего полицейского управления за ваш вклад в борьбу с Зеленой Триадой. Без вашей личной вовлеченности и профессионализма нам было бы куда сложнее одолеть этих негодяев, действующих из-за заграницы.
— Благодарю за высокую оценку! Сделаю всё возможное, чтобы оправдать доверие управления! — Юто вскочил со своего места, руки по швам, и вежливо поклонился на тридцать градусов. Его сенсей, научивший юношу драться и многому другому, говорил, что в человеке все должно быть красивым — и лицо, и одежда, и душа, и мысли, и манеры. Так сказал писатель Гогори Никорай (примечание: Николай Васильевич Гоголь). Кикучи посмотрел экранизацию одной из его книг и это был едва ли не самый жуткий фильм из всех, что ему доводилось видеть.
— Руководство полицейского управления благодарит вас за хорошую службу, Кикучи-сан, — продолжал Ямамото-сан. — Вы награждаетесь памятной грамотой префектурного управления, ведомственной медалью «за борьбу с организованной преступностью» третьей степени, а также получаете оплаченную поездку на Гавайские острова, для того чтобы отдохнуть и набраться сил во время вашего очередного отпуска.
— Буду и впредь добросовестно выполнять свой долг! — еще раз поклонился инспектор. Умелый игрок в покер, он не выдал своего истинного настроения. Ожидаемая награда была другой. Повышение до старшего инспектора. У Юто оставалось всего два года, чтобы его заслужить, если он хочет снова побить рекорд и стать самым молодым старшим инспектором в истории японского полицейского управления. А он хочет! Что в этом плохого? Любой нормальный человек хочет занять должность повыше. И даже не из-за жалования, у Кикучи обеспеченная семья. Уважение и признание — вот что требуется каждому.
— Задержитесь, пожалуйста, после совещания, Кикучи-сан, — попросил господин суперинтендант.
Остаток планерки пролетел в штатном режиме. Оперативные мероприятия, разработки, версии, назначения на то или иное дело. Всё, как обычно, привычно и почти не связано с Юто. Он даже заскучал, хотя никак этого своим видом не показал. Проявлял достойную должности и звания активность. Наконец, Ямамото всех отпустил. Кроме него.
— Вы ведь ожидали повышения, Кикучи, не так ли? — спросил начальник, когда они остались наедине. — Знаете, почему вы его не получили, несмотря на выдающиеся результаты?
Очевидным ответом виделся «возраст», но нет, несложно догадаться, что дело в чем-то другом. В ком-то!
— Я считаю, что на более высокой должности смог бы принести больше пользы национальной полиции, господин суперинтендант! — не стал скрывать своих намерений молодой инспектор.
— Может быть, у вас есть предположения, почему в этот раз вас решили не продвигать по службе? — вкрадчиво поинтересовался пожилой полицейский.
— Только одно. Из-за моей неудачи с Кагешуго. Эта женщина хитра, словно кицунэ! Но я рано или поздно поймаю и её. Я уже докладывал о тех ловушках, что мы на нее расставили. О фиктивных просьбах о помощи, на какие ей следует откликнуться и произвести взлом. Например, разоблачить ДТП с помощником мэра Кофу…
— И как ваши успехи?
— Пока что нулевые. Но рано или поздно…
— В этом и проблема, Кикучи-сан. Продолжая поиски, вы лишаете нас ценного союзника. Успех с Зеленой Триадой во многом предопределен сведениями, полученными от Кагешуго. Что, если эта женщина увидит в ваших попытках ее разоблачить нарушение того устного соглашения, что мы с ней заключили? Это не только опасно, но и бесчестно.
Он боится! Юто совершенно четко понял, что Ямамото-сан напуган возможным противостоянием с женщиной, так легко отправившей триаду в нокдаун. По большому счету, его можно понять. То, с какой легкостью хакер обрушила серверы шанхайских бандитов, впечатляет. Впору заподозрить, что за ее маской скрывается не один человек, а целая организация. Одна из семей якудза, например, Кумо-кай. Хотя нет, даже токийским паукам было бы сложно провернуть настолько масштабную операцию.
— Я услышал вас, господин суперинтендант. Уверяю, все следственные мероприятия относительно Кагешуго будут в обязательном порядке согласовываться лично с вами. Однако, разрешите продолжать общение с ней в секретном чате в том же ключе. Резкое изменение поведения может быть воспринято неоднозначно.
— Вы молодец, Кикучи. Умение слушать начальство однажды приведет вас в моё кресло, — похвалил старший мужчина. — Разрешаю вам праздновать.
