— В случае неудачи, вы лишитесь сознания на несколько недель, Люций — не настоящий Отец, а значит — не потянет за собой много смертей, возможно, погибнут те, что моложе. В лучшем случае — впадут в кому.
— Вы так хотите избавиться от мальчишки?
— А вы нет? Он мешается и становится протагонистом слухов.
— Неважно. Я не позволю вам его и пальцем тронуть.
Некоторое время Нониан молчал, как молчал и Габриэль. Казалось, он ее не услышал, потому что ещё крепче прижал к себе. Ханна почувствовала его вздох у себя на щеке, затем на губах. Взгляд лемура был полон злобы, он старался уловить суть конфликта, копался в её чувствах как в миске с крупой. Было видно, как его раздражала ситуация, возможно подпаленная ещё какими-то ограничениями. Нормальный человек был просто не способен так быстро переключиться с радостного предвкушения на гневное раздражение, не выплескивая при этом пар через активные действия.
— Габриэль, — шепнул бледнолицый, давясь собственным гневом. — Проводи.
