меня и кинула. Вот когда я женюсь на тебе, а я это когда-нибудь
сделаю, я тебя затрахаю до смерти. На хрен. Пошло все на хрен. Я
еле застёгиваю молнию и прорываюсь сквозь толпу.
Мысли мести крутятся в голове, пока я не вылетел из клуба, и
не забирался в машину. Член в джинсах ныл, что моя рука сама
потянулась к ней, а в ушах стоял её шёпот, смешанный со
стонами, ранее подаренными только мне. Пальцы расстегнули
ширинку, и обхватили самого себя. Перед закрытыми глазами, я
видел её, облизывающую свои губы и просящую меня трахнуть
её. Снять это напряжение в ней. Её руки в моих волосах, под
моим ртом её грудь, и я опускаюсь поцелуями к татуировке. Твоё
сердце будет моим, чем бы я за это ни поплатился. И ещё
несколько движений рукой, и мой отчаянный рык вырвался изо
рта, а по пальцам потекла сперма.
Блять, насколько это унизительно, дрочить, как юнцу. И все
это сделала со мной она. Лив испортила мою жизнь, полностью.
И я испорчу её, заставлю саму упрашивать меня об оргазме. Я
найду варианты выдать маму замуж за ублюдка, и вернуть своё.
Жалок. Как я жалок. Убейся, Стайлс.
Примечания:
*Перевод:
Эй, что ты делаешь со мной?
Скажи что ты делаешь со мной
Мы собираемся охотиться...
Глава 41.
Buried alive.
POV Оливия.
Отвращение. Только это чувство было во мне. Как было
неприятно это делать, пусть даже человеку, которого ты любишь.
Смотреть в его глаза, полные желания, и уйти. Убежать. Залететь
в кабинку и смахнуть слёзы. Потому что не любил, только хотел.
«Я не могу без тебя», — пронёсся в голове его голос полный
боли.
«Заткнись! Заткнись! Заткнись!» — закричала я внутри,
сжимая голову руками. Играет. Он всегда играет. Всю свою
жизнь.
Больно. Разрывает меня. Но надо продолжать идти вперёд, не
оглядываясь.
Осмотрев себя в зеркало в туалете клуба, сполоснула руки и
улыбнулась. Ненавижу себя. Ненавижу эту суку в отражении без
души. Но она это я, мы единое целое. А от себя не убежать, не
скрыться.
Противно. Я скривилась и вышла из помещения. Слух
разорвало от громкой музыки. Я вернулась к столику и устало
села на диван, никого не было. Только бокал виски и моя сумка.
Остальные где-то развлекаются. Счастливые.
К чёрту всё. Выпив залпом горячий напиток, я схватила сумку
и, протискиваясь сквозь толпу, вышла на прохладный воздух.
— Крошка, подвезти? — послышалось сбоку. Я только
показала средний палец и пошла дальше.
Мысли в голове путались, мне было необходимо с кем-то
поговорить. Поплакать. Да что там, я уже реву. По щекам катятся
слёзы. Найдя в сумке телефон, я, не думая, набрала номер и
напряжённо стала ждать.
— Ливи, доченька, привет, — послышался в трубке родной
голос.
— Мам, — проскулила я и свернула в подворотню,
прижимаясь к холодной стене.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.
— Домой хочу…не могу тут больше, — всхлипывая,
объяснила я.
— Ты что плачешь? Господи Всемогущий, Ливи, рассказывай,
— предложила мама.
Могу ли я ей всё рассказать, могу ли довериться?
— Я такая идиотка, мам. Я идиотка, — по слогам произнесла я
последнее слово.
— Деточка, мы прилетим через три дня, всё будет хорошо.
Что тебя так расстроило, что ты плачешь? Хью? — пыталась
успокоить меня она.
— Не будет, больше никогда не будет хорошо, — шмыгнув
носом, ответила я.
— Отец тебе всё рассказал? — тихо спросила она.
— Да, — медленно ответила я, хотя врала. Пусть лучше так.
— Я же просила его молчать, никогда об этом даже не
заикаться. Оставить всё в прошлом. Ты сказала Гарри об этом
или Патриции? — выдала она. Я стёрла слёзы и нахмурилась.
— Нет, надо? — продолжила я играть, чтобы понять, что
сейчас происходит.
— Не знаю, доченька. Я думала, он забыл об этом, что
изменился, понял свою ошибку прошлого, эту глупую месть и
ненависть. Но видно, нет, — тяжело вздохнула она.
Что, черт подери, происходит? Какая ошибка, месть,
ненависть?
— Не изменился, продолжает, — находила я слова. — И что
мне делать?
— Гарри и Пати должны знать, что все это было ложью.
Только вот не думаю, что после такого свадьба состоится, —
печально усмехнулась мама.
— Но Патриция же его любит, и папа тоже любит её, — мой
мозг сам выдавал фразы.
— Да, но любовь не выдержит давней истории. Месть никогда
не оканчивается хорошо, и мы в этом убедились. Если Пати
узнает, что Хью подстроил анализы Гарри, то убьёт его. Он же
обрёк бедного мальчика на такую жизнь, как и Дэвида…
— Что? — воскликнула я, раскрыв рот от такого признания.
— Так, подожди, что тебе рассказал твой отец? —
насторожилась мама.
— Папа специально засунул Гарри в клинику? Зачем? Какая
месть, блять? — заорала я.
— Ливи! Да, так ты этого не знала? Я же думала…черт. Дочь!
— повысила голос мама.
— Зачем он это сделал? — допытывалась я.
— Господи, — простонала она. — Всё сложно, Ливи. Просто
забудь, это неважно…
— Неважно? — истерически возмутилась я. — Неважно?
Говори, мама!
— Всё началось ещё в старшей школе, было пять друзей, одни
из самых красивых и богатых мальчиков королевства, по
которым сходили с ума все девочки. Двое из них постоянно
