— Давай, рассказывай, — Дима, вальяжно развалившись, сидел на моем кресле.
— О чем ты?
Я делал вид, что совсем не понимаю, о чем идет речь. Прикинься дурачком, и от тебя отстанут.
— Не стройся из себя невинную овечку. Над твоим мечтательным выражением лица смеется весь офис.
— Когда будешь выходить из моего кабинета, передай всем, что я их уволю.
Полное спокойствие и ноль внимания на любые провокации брата. Его это ужасно злит и бесит, а я делаю вид, что занят очень важными делами. Мне кажется, перекладывать важные документы с одного места на другое — очень важное занятие.
— Серьёзно, Ник, что с тобой происходит? — Дима вскочил на ноги и сел напротив меня. — Ты на что-то подсел?
— Да, я конкретно подсел и чувствую жуткую зависимость.
— Что-то запрещённое?
— Хуже, — я закачал головой, словно приходил в жутком отчаянии, а на самом деле я был на седьмом небе от счастья. — Человек. Точнее девушка.
— Дай угадаю, — уголки губ Димы запрыгали от насмешливой улыбки, — та самая Мо.
— Что значит та самая? И что это за отвратительная улыбочка?
Мой родной брат имеет что-то против. Да и плевать! Мо покорила меня и пленила мое сердце. Я влюблялся в нее. Влюблялся каждый новый день, и так быстро и сильно, что терял почву под ногами. Это зависимость. Зависимость одного человека от другого. Я завишу от нее. Мы как магниты. Она двигается, я двигаюсь. Она замирает, я останавливаюсь. Она исчезнет, и я потеряюсь без нее.
— Ничего, ничего, — Дима предостерегающе поднял руки вверх. — Я же один раз видел ее. Она… ничего.
— Твое мнение по этому поводу меня совершенно не волнует, — раздраженно бросил я.
— А я и не собираюсь тебя учить и навязывать свое мнение, — я исподлобья взглянул на брата, — только… — брат замолчал. Он любил держать театральную паузу и нервировать меня.
— Только что? — вспылил я.
— Ты готов к серьезным отношениям? Ведь ты очень долго ни с кем не встречался, а если и были отношения с девушками, то все они заканчивались одинаково.
— Здесь все по-другому. Мо другая. И я никогда не обижу ее.
— Про Лену ты говорил то же самое. Но только сейчас бедная девочка перенесла очередной нервный срыв. По твоей милости.
— Не начинай, Дима. Если после расставания со мной девушки плохо себя чувствовали или даже лечилась в клиниках, не моя в том вина.
— Не твоя? — заорал брат. Я не смел заткнуть его и поставить на место.
— Ты бросил всех этих девушек. И не просто бросил, а довел их своим вечным нытьем и недовольной рожей до клиники. Ты, — Дима злостно смотрел на меня, — вытрепал им все нервы. И сейчас я просто не хочу, чтобы эта Мо страдала так же, как остальные девушки.
— Я… не хотел… я… — просто качал головой и не мог подобрать правильных слов.
— Знаю, — Дима сочувственно взглянул на меня, — знаю, что не хотел.
— Всем этим девушкам от меня были нужны только деньги и ничего больше. Я делал для них всё. А они ничего не отдавали мне взамен. Они только брали и брали, тратили и снова брали. И в один прекрасный момент мне это все надоело, и я отомстил им. Я злился. Своей злостью я пугал их и ставил на место. А когда я успокаивался, они ласкались ко мне, и я снова злился и срывался. Я доводил их до слез, и тот, кто не выдерживал, уходил. А девушек, считавших себя выносливыми, я изводил и когда чувствовал, что больше они не выдержат, бросал их. Все было по-честному.
Я замолчал и какое-то время ничего не говорил. Молчал и обдумывал. Обдумывал свои поступки и никак не мог понять, правильно ли я поступал. А главное, над чем я не задумывался, это то, как все сделанное мной отразится на моем будущем.
— Ты сам выбирал таких девушек, Ник. И виноватых, кроме тебя, здесь нет.
— Я не знал, что они такие… продажные, — я с таким сердцем сказал это. И глубоко внутри меня кольнула ужасная мысль, что если однажды и Мо станет такой.
— Не знал? — насмешливо переспросил Дима. — Да их продажность за километр видно, а ты вблизи не смог разглядеть.
— Хватит! — мой голос дрогнул. Не выдержав пронзительного взгляда брата, я отвел глаза и быстро заморгал. Я всегда так делал, когда чувствовал, что мои глаза становятся мокрыми от слез.
— Они не ценили меня. Как человек я был им не нужен. Как мешок с деньгами они готовы были носить меня на руках. И каждый раз, встречаясь то с одной девушкой, то с другой, я сравнивал их и убеждал себя, что эта лучше предыдущей, но я ошибался. Изо всех сил я искал в каждой что-то хорошее, но не находил и разочаровывался. Поэтому, на какое-то время, я и перестал заводить романы.
— Вот именно поэтому я с девушками только сплю. Связь без обязательств, знаешь ли, полезная штука, — Дима вернулся на свое кресло. Он то ли резко подобрел, то ли ликовал внутри, что я сломался на его глазах, то ли просто проявил сочувствие. Все-таки с его стороны я заслуживаю понимания. Я же его брат.
— Ты правда думаешь, что и с Мо будет то же самое?
Я спросил, ожидая правдивого ответа, а мысленно умолял соврать мне и подбодрить.
