— Дело не в твоем кошмаре, — голос нарочито спокойный, — У меня чувство, что я десять лет пропустил, а не два месяца, — поднимает брови, — С каких пор вы с Калли стали лучшими подругами? И сколько уже у них с Люсьеном… — запинается, — Что там у них? — поворачивается ко мне, — Давно ты рассказываешь ему о своих снах? — кривится, — И только не говори, что с Вайоминга, я тебе шею сверну, — закатывает глаза.
— Черт, — тяну, — Так все это из-за какой-то ревности? — встаю с кровати, — Серьезно?
— Это не ревность, Ринз, — падает, тяжело вздыхая, — С ней я бы знал, что делать.
— А что это тогда? — забираюсь на него верхом, хочу посмотреть в глаза, — И что бы ты делал?
— Как будто ты не знаешь, что я делаю с теми, кто меня раздражает, — усмехается.
— Было бы кроваво, да? — целую в нос, беру за скулы, — Так что же это?
— Они будто знают тебя лучше, чем я, — произносит.
— Меня по-настоящему во все мире знают только два человека, — качаю головой, — Два первородных. Это ты и Люсьен, — перекатываюсь на спину, ложась рядом, — И ты уж прости, но я никуда не дену теперь эти два месяца. А вытаскивать друг друга из дерьма сближает, знаешь ли.
— Ой, я рад что ты путешествовала с ним, а не с Диего, например, — хохочет, — Просто сейчас неприятно знать, что кто-то в курсе твоих проблем, а я — нет.
— Хорошо, — киваю, толкая его плечом, — Раньше мне снился один и тот же кошмар. Я в подвале, где меня пытал Кендрик. Смотрю, как тебя убивают, и ничего не могу сделать. Слушаю упреки родителей о том, какое я ничтожество, а потом меня приходит мучить мелкий ублюдок.
— Это ужасно, что из-за моей смерти у тебя такие сны, — он переворачивается на живот, — И зачем ты меня вернула? — улыбается, целуя в висок, — Так только больше проблем.
— Не смей такое говорить, — щелкаю его по лбу, — Где саркастичный психопат, который так уверен в себе, что аж тошнит?
— Потерял его где-то в аду, — горько усмехается.
— Найди, — говорю строго, — Он мне нужен.
— Не отвлекайся, — мурлычет, кусая за ухо, — Сегодня тебе снилось другое.
— Да, — пытаюсь игнорировать мурашки, — В этом кошмаре Ален и Тиерри держали меня, пока Калли засовывала лекарство в глотку, — отстраняется и смотрит недоуменно, — Потом Марсель меня убил.
— Я бы тоже злился с утра после такого, — целует в щеку, — А тебе самой от себя не страшно?
— Редко, — кривлюсь.
Берет в охапку, переворачиваясь на спину. Оказываюсь головой на его груди. Трусь щекой о ткань футболки и слушаю успокоившееся сердце.
— Думаешь, они должны тебя бояться? — запускает руку в волосы.
— Все должны, — усмехаюсь, — И тебя тоже, и Люсьена, — вздыхаю, — Учитывая, какой у нас характер, с силами первородных мы просто чудовища.
— Ты что, я просто ангел, — притворно возмущается.
— Нет, ты Булочка, — приподнимаюсь, опираясь на локоть, чтобы увидеть, как он закатывает глаза, — Мне никогда не надоест, — смеюсь и ложусь обратно.
Говорим обо все на свете, как когда еще были в мире-темнице, будто заново узнавая друг друга. Не замечаем, что наступило утро, пока не возвращается Люсьен. Едва шевеля губами что-то произносит и падает в кровать в соседней комнате.
Хочется просто забыть про ситуацию с Лоа и уехать, но рассвет, как всегда, напоминает, что придется решать свои проблемы. Проснувшись, мы обсудим, как действовать, а сейчас я только надеюсь, что подсознание не преподнесет мне очередной сюрприз.
12 января 2010
Медленно выползаю в реальность, с удовольствием потягиваясь. Ни звонков, что обычно меня будят, ни кошмаров. Просто отлично. И все было бы идеально, но в кровати кое-кого не хватает, вероятно, это он льет воду в душе. Хотя, я не слышу Люсьена. Одного из них точно нет в номере, надо разобраться.
Неторопливо одеваюсь и подхожу к двери в ванную. Стучу.
— Я бы тебя впустил, — кричит, — Но твоя вторая половинка была бы против.
Хихикаю про себя.
— А если бы это был Кай?
— То шутка стала бы еще смешнее.
Хохочу. Вот это доброе утро.
Немного пританцовывая, иду к тумбочке за смартфоном и набираю Паркера, почти сразу его подушка начинает вибрировать. Фыркаю и, бросив гаджет на кровать, беру сигарету.
Уже стемнело. Холодный ночной воздух бодрит и помогает до конца проснуться. Хорошо, что я вампир, человеком околела бы.
Выкидываю окурок и возвращаюсь в постель. Остается только ждать этого засранца в номере.
Люсьен выключает воду и минуту спустя выходит из ванны.
— Куда Кай пошел? — спрашиваю, не отрывая глаз от экрана смартфона.
— Он не сказал, — проходит в свою спальню.
— Как посидели вчера? Ты только утром вернулся.
— Неплохо, — говорит, — Не считая, что мое присутствие все еще напрягает Марселя.
— Это вряд ли пройдет, смирись, — усмехаюсь.
Разваливаюсь, закинув руки за голову, и смотрю в потолок. Куда он мог уйти? В особняк? Или каким-то образом связался с Бароном? А зачем? В последний раз, когда еретик вот так пропал, умер один из клана Близнецов. Опять сеет хаос и разрушения? Только почему без меня?
— Я вернусь утром, — Касл выходит из комнаты.
Надел свой любимый костюм, лучший галстук и серебряные запонки.