— Заткнись, — хохочет еретик.
Как и предсказывал Люсьен, «Ламба» идет на обгон. Вот только ни он, ни водитель догоняющей машины не учитывают, что за рулем «Ягуара» сидит пьяный безумец. Когда ее нос ровняется с нашей задней дверью, Кай резко дает влево. На скорости больше двухсот километров в час.
Нас переворачивает. Металл сминается, как пластилин. Стекла взрываются, впиваясь в кожу по всему телу. Ломаю, кажется, все кости. Грохот и визг стирающейся об асфальт резины застревают в голове.
Кричу, выбивая искореженную дверь сломанной ногой, вываливаюсь на дорогу. Вижу впереди два тела, а за ними то, что осталось от «Ламбы». Они вылетели через лобовое, а машина перевернулась и легла на крышу. Бедолаги.
Следом наружу выбирается Люсьен. Переворачивается на спину, и смотрит на меня, вытаскивая из щеки крупный осколок. Хохочем.
Слышу, как заливается Паркер.
Встаю.
— Ты псих, парень, — Касл поднимается на ноги и хлопает в ладоши, — Давно я так не веселился.
— Поддерживаю, — киваю, — Ты ненормальный, — не могу прекратить смеяться.
— Тебе это во мне и нравится, — подмигивает еретик.
— Сердце новенькой сам вырвешь, — киваю на тело в машине, — Она скоро очнется.
— Забудь об ответственности хоть раз, — он отмахивается, смотря на груду металла впереди, — Пойдем посмотрим, как они там.
— В кашу, — говорю, но все же следую за Каем.
Два тела лежат между горами железа. Тут не надо обладать специальными знаниями, чтобы увидеть, что им все переломало. Еще бы, вылететь через лобовое при столкновении на такой скорости. Странно, что все конечности на месте.
— Хорошая новость, — кричит Люсьен, — Одна из бутылок уцелела.
— Отлично, — становлюсь к нему лицом, — А то идти в такую даль без алкоголя было бы совсем грустно.
— А какая-то зануда не хотела ехать, — мурлычет на ухо Паркер, обнимая сзади, — Теперь тебе весело?
— Обычно веселье, это что-то вроде, — качаю головой, — Караоке или пьяных танцев.
— Заметано, — целует в висок и идет к Каслу, — В следующий раз в караоке.
— Нет, — скулю.
Хочу еще что-то сказать, но меня толкают в спину с такой силой, что лечу на два метра.
— Какого? — Кай на скорости подлетает, помогая подняться, смотрит на кровососа, что ударил меня, — Еще раз тебя по асфальту размазать? — похоже, в «Ламбаргини» тоже были бессмертные.
Второй так же поднимается.
— Я любил эту машину, — рычит, вены вокруг глаз наливаются кровью.
— Парни, давайте успокоимся, — Люсьен встает перед нами, выставляя руки ладонями к ним, — Это просто железо, я могу его оплатить, — пожимает плечами.
Тот, что толкнул меня, кидается вперед. Касл может отбросить его, но просто уворачивается от удара. Второй быстрее, он бросается на нас, но Пакер успевает произнести:
— Motus, — тело швыряет назад.
— Не понял? — замирает на месте Люсьен, держа за горло беспомощного вампира.
— Отпусти его, — говорю тихо, понимая по лицу еретика, что одним заклинанием тут не обойдется.
Касл мгновение медлит, но в итоге видит то же, что и я. Отходит на шаг назад. В этот момент отброшенный заклинанием уже вновь пытается напасть, но безуспешно.
— Phasmatos, — Кай вытягивает обе руки, вампиры кривятся от боли, хватаясь за головы, — Frange, — рычит, поворачивая запястье, у одного ломается какая-то кость в ноге, он падает, — Fractio, — сжимает вторую руку в кулак и будто тянет на себя, беднягу рвет кровью.
— Может, — осторожно вмешивается Люсьен, — Хватит?
— Phasmatos incendio, — разочарованно произносит, все еще не давая им двигаться.
Мне должно быть их жаль? Они кричат в огне, не в силах пошевелиться, но я, почему-то, не испытываю ничего кроме праведного гнева.
— Есть чем еще меня удивить? — хмурится Касл, разводя руками, — Может, — кивает на меня, — Ты дракон?
— Было бы неплохо, — делаю улыбку наоборот и киваю.
— С каких пор можно быть и вампиром, и ведьмаком? — в последний раз кидает взгляд на горящие тела и идет к машине.
— Что вы со мной сделали? — жалобный писк. Про нее то я и забыла.
— Кай, пожалуйста, — показываю рукой на бледную девушку, что только смогла выбраться.
— Auferre, — произносит еретик, скучающе смотрит на сердце новообращенной в своей руке и выкидывает его. Тело падает на асфальт.
— Ладно, — вздыхает Люсьен, — Вот это, — показывает пальцем на Паркера, — Было круто.
Смеюсь. Открываю уцелевшую бутылку.
— До рассвета дойдем до отеля?
— Да, — кивает Кай, — Поспим в самолете, — ждет, пока я сделаю пару глотков, тоже пьет. Затем смотрит весело на недоумевающего вампира, — Никогда еретиков не видел? Ты же, вроде, долго живешь.
Снова хохочу. В голос.
27-28 сентября 2009
Едва сдерживаю слезы, слушая очередной гудок. Быстро шагаю по оживленной улице, впервые воспринимая вечный праздник Нового Орлеана, как издевательство и жестокую насмешку.
Мы вернулись из аэропорта и хотели отдохнуть. В ванной меня разморило, кажется, я даже ненадолго вырубилась. Когда вышла, обнаружила, что Паркера нет, а в истории моих звонков нашла входящий от короля.
«Извините, абонент не может ответить на ваш звонок…» — сука!