Итак, что подарит мне флоп? Туз, восьмерка и король. Сжимаю губы и еще раз смотрю на карты. Едва не улыбаюсь, но отвлекает участившееся сердцебиение соперника. У него тоже что-то собирается.
— Чек, — говорю тихо.
Не за чем поднимать, они и сами это сделают.
— Да ладно, Ринз, — фыркает Кай, — Так неинтересно, — кладет на стол две фишки.
— Верно, не трусь, — хохочет Нил, отвечая на ставку, — Или выходишь?
— Нет, — быстро мотаю головой, опустив голову, и двигаю свои фишки в банк.
Туз. Шумно вздыхаю. Нельзя показывать восторг.
— Одну, — смотрю на Паркера, делая ставку.
— Давай две, — он бесцеремонно берет из моей стопки и подкидывает в банк.
Закатываю глаза, изображая недовольство. Спасибо, Кай, ты как мысли читаешь.
Люсьен усмехается и качает головой.
Последней картой оказывается король. Это значит, что я выиграю или поделю банк.
Сжимаю губы, качая головой.
— Две, — кидаю фишки на стол.
— Мелко, — тянет Паркер, — Еще две.
— Надо было выходить, когда я предлагал, — скалится Нил, повышая еще на три.
— Они же первый раз, — усмехается Касл, добродушно толкая меня в бок, — Он хочет самоутвердиться за твой счет. Играй осторожно.
— Не вовремя ты решил поделиться мудростью, — качаю головой, поддерживая ставку.
— Давай вскрывайся, что там у тебя? — кивает Кай.
— Тройка, — расплывается, показывая нам карты.
Король и валет. Ему почти повезло, он почти смог.
— Ну со своей парой мне деваться некуда, — хохочет еретик, выкидывая тройку и восьмерку в центр, — А у тебя что, Ринз?
— Не стесняйся, показывай, — требует Нил.
С секунду смотрю в его лицо, запоминая это нахальное выражение. Вскрываюсь, с удовольствием наблюдая, как оно стирается, уступая смятению и детскому отрицанию. В зрачках можно увидеть, как у него мозги заработали, прокручивая всю игру.
— Я не понимаю, — подаюсь вперед, наивно смотря на него, — Кто победил, объясни, — слышу, как усмехается еретик, — Я зря повышала, как идиотка, и проиграла? — Нил краснеет, пытаясь пробить взглядом стол, — Мне действительно надо было выйти в самом начале, да?
— Ладно, не издевайся, Ринз, — уже откровенно хохочет Кай.
— Я только начала, — становлюсь серьезной, показывая, как он меня разозлил. Сама удивляюсь, откуда столько скрипа в голосе.
— Сдавай, — рычит проигравший, двигая остаток колоды к вампиру.
Медленно и с удовольствием, собираю фишки со стола. Так ему и надо.
Играю нечестно. Слышу его сердце и бурчание себе под нос, когда он пытается просчитать наши комбинации. Плюс ко всему, на третьей или четвертой раздаче понимаю, что Кай и Люсьен играют под меня, после чего начинаю по-настоящему наглеть.
Все проходит, как и планировала. Мы потихоньку, мелкими ставками опустошаем его карманы, а выйти он уже не в силах, потому что самолюбие не позволяет признать поражение.
В какой-то момент даже его друг больше смотрит на нас, чем играет сам.
— Не расстраивайся, — смеюсь, наблюдая, как он встает с места, двигаю к себе его последние фишки по одной, — Новичкам везет.
Уходит молча, даже несмотря на Оскара, который сперва теряется, а потом семенит следом.
— Я же говорил, будет весело, — Паркер откидывается на спинку, заводя руки за голову.
— Спасибо, — смотрю на них по очереди, — Без вашей помощи я бы слила половину раздач.
— Он заслужил, — подмигивает Касл, — Да и видеть, как он с ума сходит, — смеется, — Как будто впервые за стол сел, — качает головой, — А ведь давно играет.
— Конечно, — восклицаю, — Слить столько денег какой-то девчонке, — закатываю глаза.
— У него теперь психологическая травма, Ринз, — еретик встает, хлопая меня по плечу, — Давай к рулетке?
— Это на этаж ниже, — кивает в сторону входа Люсьен.
— Хочу покурить, — давно такого не было.
— Это на улицу, — Касл оглядывается и тоже поднимается с места, — Могу проводить, мне надо на нижний этаж не на долго.
— Идет, — Кай собирает все фишки в кучу, — Встретимся у рулетки.
Едва сдерживаюсь, чтобы не ускориться, когда идем до лифта. Хочется летать, кричать. Договаривается в Каслом, что подожду его на третьем. Выйдя на воздух, чуть не ору от восторга. Да, это было не по правилам, мне помогали, но как же это здорово.
Тушу недокуренную сигарету, иду обратно. Зайдя в лифт, любуюсь на себя в зеркало. Красотка.
Чья-то рука не дает двери до конца закрыться. Входит Нил. Зло смотрит в глаза сверху вниз. Замираю, как мышка, загипнотизированная танцем кобры, даже не вспоминаю, что у меня есть сверхскорость, и могу выбежать из лифта.
— Наигралась? — рычит, подходя ближе.
Дверь закрывается.
Не нахожу в себе едких комментариев. Окунаюсь в страх с головой, захлебываясь.
Бугай нажимает на какую-то кнопку, и мы останавливаемся. Черт.
— Что, уже не смешно? — говорит громче и бьет по стене рядом со мной, заставляя дернуться.
Едва сдерживаю слезы, дышу все быстрее. Вдохнуть глубоко не получается, грудную клетку будто давит тугим корсетом. Мелкая дрожь проходится по рукам.
— Теперь не такая уверенная? — хватает меня за предплечье, сильно встряхивая.
Мысли мечутся в беспорядке, отталкиваясь друг от друга. Невозможно ухватиться за одну. Даже просто кричать не могу.