– Да, в общем-то, никто. В 2001 году президента Конго Кабилу убили, и к власти пришел его сын, а спустя примерно год война и вовсе зашла в тупик. Главные участники конфликта Конго и Руанда подписали мирный договор. Однако мир в Конго, к сожалению, до сих пор так и не наступил. И все время происходят различные конфликты. Так что девочку-то понять можно.
– Да уж, – проговорил Козлов, – тогда, получается, что это не глупая шутка ее подруг по команде, а вполне серьезные опасения.
– Дмитрий, вызывай консула, – обратилась ко мне Зарембинская, – как бы там ни было, а посольство мы обязаны проинформировать, что нашли гражданку их страны живой и здоровой.
– Есть, товарищ полковник, – ответил я и достал телефон.
В общем-то, телефоны достали все, так как всем надо было первыми доложить руководству о результатах операции. Ну и я, прежде чем звонить консулу, набрал Щукина, а Крошкина в это время попросил доложить обо всем Карпову.
– Хочешь сказать, что нашли? – Щукин сразу взял трубку.
– А ты откуда знаешь? – удивился я.
– Ну а иначе зачем бы ты мне стал звонить посреди ночи? Ну и потом, ты же всегда всех находишь, по-другому не умеешь.
– Вот вы умный, Андрей Викторович, – сказал я, улыбаясь, – и все-то вы про всех знаете и мотивировать умеете на новые подвиги.
– Ну а иначе какой из меня руководитель, Большов, ладно, ты давай, не подхалимничай, рассказывай быстрее. Живая?
– Так точно, товарищ полковник, живая и здоровая.
– И что случилось?
– Ну если коротко, она испугалась, что ее дома в тюрьму посадят за то, что все матчи проиграла.
– Ты это серьезно?
– Ну, по ее словам, да.
В трубке послышалась длинная фраза из нецензурных слов.
– Ладно, Большов, буду генералу звонить, срочно докладывать, а то ведь министерские опередят. Вы там давайте, заканчивайте все. Консула там вызывайте, переводчика. Опросите очень подробно, все-таки международный резонанс.
– Все сделаем, товарищ полковник.
– И ребятам передай, что вы большие молодцы.
– Спасибо, Андрей Викторович, прямо сейчас передам.
– Ну а ты, как всегда, лучший. Все, отбой. Жду вас на Петровке.
Потом мы собрали всех проживающих в квартире, оказалось, в целях экономии они жили большой коммуной. За свет не платили, поэтому его давно отключили. Оказывается, все жили нелегально. Все уехали из своих стран по разным причинам, но не от хорошей жизни. В Россию приехали в поисках лучшей жизни. Список стран, из которых они приехали, оказался обширным: Нигерия, Камерун, Гана, Зимбабве, Кот-д-Ивуар, ну и, конечно, Конго. Зарабатывали как могли. Работали на мойке, в кафе официантами, подрабатывали проституцией, раздавали листовки, и все надеялись получить гражданство России.
Шарман плакала и просила не отдавать ее посольству. Мы успокаивали ее как могли. Объясняли, что никто не посадит ее в тюрьму. Тем более что она получила международную известность. Козлов с Зарембинской на всякий случай вызвали представителей миграционной службы, чтобы они подумали, чем можно помочь девочке.
Ребята из ГУБОПа на радостях, что «похищение» было раскрыто так удачно, съездили в ночной магазин и купили колбасу, сыр, пряники и соки, накормили всю «коммуну». Все ребята оказались очень хорошими, просто они искали спасения у нас в стране.
Козлов и Зарембинская дали Шарман свои визитки и сказали, чтобы она звонила им, если нужна будет помощь. Так что в итоге нам удалось ее успокоить.
Потом приехали представители посольства, нашей миграционной службы, ну и, конечно, вездесущие журналисты.
Когда Шарман садилась в машину консула Республики Конго, смотрела на нас своими большими грустными глазами и плакала. Представители министерства тоже поехали с ними, но перед тем, как уехать, сказали, чтобы готовили мы «дырочки» под награды.
Мы вернулись на Петровку, теперь нас ждала неизбежная рутина: отписываться о «проделанной работе» рапортами и подробными справками. Ну и текущую работу никто не отменял. За время, что мы искали Нсимбу, у всех накопились долги по документам.
Был уже поздний вечер. Лето подходило к концу. Я дописывал справку по Нсимбе. Дверь в кабинет была открыта.
– Так, – вдруг раздался громогласный голос генерала, – почему еще на работе?
В кабинет вошли Головатов и Щукин. Я вскочил.
– Так работы много, товарищ генерал. Вот справку по негритянке дописываю.
– А другого времени не нашлось? – обернулся он к Щукину.
– Так министерство доклад подробный требует, – развел тот руками.
– Да оно все время что-нибудь требует, сначала найти, раскрыть, а потом еще рапорта и справки писать. Много тебе еще?
– Да уже практически все, я как раз заканчивал, товарищ генерал.
– Посмотри на него, – Головатов показал на меня, – на нем же лица нет. Ты до чего людей доводишь?
– Так я… – развел руками растерявшийся Щукин.
