Губернаторъ не далъ ему договорить:
— Я смѣю думать, со своей стороны, что если онъ тамъ и дѣйствительно находится, такъ все-таки его вамъ тамъ, прямо руками не выдадутъ.
— Само собою; придется тщательный обыскъ произвести.
Аполлонъ Савельичъ вскинулъ голову вверхъ съ нѣкіимъ негодующимъ видомъ:
— Другими словами, ворветесь въ домъ совершенно, быть можетъ, мирнаго и непричастнаго къ дѣлу этого бѣгства гражданина, такъ какъ положительныхъ уликъ вы противъ него не имѣете и основываетесь только на личныхъ вашихъ догадкахъ, потревожите его, спокойствіе, неприкосновенности его home, какъ говорятъ Англичане, и все это для того> чтобы, по всей вѣроятности, ничего не найти и подать поводъ только къ новымъ нареканіямъ на произволъ администраціи… Позвольте, — и новый просвѣщенный представитель этой "администраціи" остановилъ величественнымъ движеніемъ руки чаемое возраженіе со стороны своего очевидно придерживавшагося "старыхъ взглядовъ" подчиненнаго, — я имѣю со своей стороны нѣкоторыя свѣдѣнія о лицѣ, котораго вы заподозриваете, какъ участника въ бѣгствѣ вашего арестанта. Господинъ Троженковъ, здѣшній землевладѣлецъ, принадлежитъ къ земской партіи, состоящей въ настоящую минуту не во власти, слѣдовательно партіи, легально оппозиціонной, говоря европейскимъ парламентскимъ языкомъ, и съ этой стороны придираться къ нему мы не имѣемъ никакого права. Положимъ, что, помимо этого, онъ придерживается убѣжденій нѣсколько крайнихъ, но и до этого намъ съ вами дѣла нѣтъ, позволю я себѣ замѣтить. Мы, слава Богу, дожили, кажется, въ Россіи до той степени гражданскаго пониманія, когда за убѣжденія людей не преслѣдуютъ, если за ними нѣтъ фактовъ, свидѣтельствующихъ прямо о какомъ-нибудь зломъ умыслѣ. А вѣдь вы такихъ фактовъ въ оправданіе того насильственнаго обыска, который вы намѣрены произвести у него, представить не можете, я полагаю. Но допустимъ, что арестантъ дѣйствительно увезенъ Троженковымъ, — кто вамъ поручится, что вы найдете его тамъ? Не слѣдуетъ-ли предполагать, напротивъ, что онъ его, въ такомъ случаѣ, въ прошлую же ночь успѣлъ отправить далѣе, или такъ припряталъ, что никакіе ваши обыски ничего не въ состояніи будутъ открыть? Въ обоихъ случаяхъ изъ этого выйдетъ только скандалъ на весь уѣздъ, на всю губернію, новые крики, новое возбужденіе общественнаго мнѣнія противъ власти, которая теперь болѣе, чѣмъ когда-нибудь, должна бояться возбуждать его противъ себя и держаться относительно его какъ можно осторожнѣе и… скромнѣе, прямо скажу.
Ипатьевъ поднялъ на начальника свои строгіе, серьезные глаза и воззрился въ него съ видомъ глубокаго изумленія.
— Какъ же быть однако, ваше превосходительство? медленно выговорилъ онъ:- фактъ тотъ, что арестованный чело вѣкъ ушелъ изъ мѣста заключенія, что полиція имѣетъ полное основаніе предположить, что онъ нашелъ убѣжище тамъ-то; слѣдуетъ ей, или нѣтъ, исполнить прямую свою обязанность, то-есть, употребить всѣ зависящія отъ нея мѣры задержать его тамъ, гдѣ онъ находится, или выслѣдить дальнѣйшій путь его слѣдованія, если его уже тутъ нѣтъ?
Губернатора слова эти какъ бы сбили нѣсколько съ позиціи; онъ нахмурился.
— Все это прекрасно, сказалъ онъ, пріискавъ новый аргументъ, — но здѣсь дѣло идетъ не о какомъ-нибудь простомъ арестантѣ, а o политическомъ; относительно этихъ лицъ существуютъ особыя правила; иниціатива здѣсь принадлежитъ не полиціи; она въ этихъ случаяхъ должна служить лишь послушнымъ орудіемъ распоряженія двухъ спеціально поставленныхъ для этого учрежденій: прокурорскаго надзора и жандармскаго начальства. Имѣете-ли вы отъ нихъ полномочіе на обыскъ у господина Троженкова?
— Товарищъ прокурора и здѣшній жандармскій штабъ-офицеръ уѣхали вчера въ Москву, отвѣтилъ Ипатьевъ, — я имъ телеграфировалъ по первомъ извѣстіи о случившемся, но до сихъ поръ отвѣта не имѣю ни отъ того, ни отъ другаго.
— Вотъ видите! хихикнулъ какъ бы побѣдно Аполлонъ Савельевичъ.
— Я вслѣдствіе того, холодно возразилъ исправникъ, — и счелъ нужнымъ пріѣхать доложить объ этомъ вашему превосходительству. Не можетъ быть никакого сомнѣнія въ смыслѣ тѣхъ отвѣтовъ, которыхъ я жду отъ этихъ господъ, но они могутъ запоздать еще, а время между тѣмъ теряется, и бѣжавшій дѣйствительно направленъ можетъ быть куда-нибудь дальше своимъ соучастникомъ.
Спокойный, самостоятельный тонъ, съ которымъ говорилъ съ нимъ этотъ его подчиненный "изъ фронтовиковъ", рѣшительно не нравился Аполлону Савельевичу и оскорблялъ его внутренно какою-то чуемою имъ нотой какъ бы презрѣнія къ его, какъ онъ понималъ, вполнѣ "интеллигентнымъ" и "современнымъ" воззрѣніямъ.
— Вы, сдѣлайте милость, меня въ это дѣло не вмѣшивайте, вскликнулъ онъ раздраженно, — а поступайте на свой страхъ, какъ знаете… Я, надо вамъ сказать, врагъ всякаго лишняго усердія, такъ какъ изъ моей служебной опытности убѣдился, что оно ведетъ всегда къ послѣдствіямъ, о которыхъ приходится потомъ жалѣть… И вамъ могу предложить только тотъ же совѣтъ.
Блѣдныя губы Ипатьева дрогнули:
