Бездонные пещеры полностью

— У меня были такие же видения, — сказала она дрожащим голосом. — Когда я смотрела в глаза королевы драконов. Я видела, как Красный Странник горит на небе. Море поднялось, образовав чудовищную черную волну, выше самой высокой башни, которую я видела, и обрушилась на лес, затопив его. Это было ужасно...

Мегэн мрачно взглянула на нее.

— Похоже, у тебя Талант предвидения будущего, моя Бо. Почему ты не рассказывала мне об этом?

Изабо невольно взглянула на священный Ключ Шабаша, висящий на груди у Мегэн. Она ясно вспомнила видение своей собственной искалеченной руки, сжимающей звезду в круге, висевшую на ее собственной груди. Это видение было последним, виденным ей в глазах королевы драконов, и именно оно запечатлелось в ее памяти.

Рука Мегэн мгновенно метнулась прикрыть Ключ, и Изабо подняла глаза, встретившись с пронзительным взглядом Хранительницы Ключа. Все было ясно без слов.

— Значит, — наконец нарушила тишину Мегэн, — у тебя тоже были видения об огромной волне, затопляющей сушу. Интересно, как фэйрги собираются навести подобные чары. Они жители моря, и огненная магия, как, например, кометная, им недоступна.

— Но Майя ведь использовала кометную магию, — напомнила ей Изабо.

— Да, но Майя была наполовину человеком... — Мегэн снова умолкла, задумавшись. Наконец она вздохнула, в ярком солнечном свете выглядя очень измотанной. — Боюсь, что это видение вещее, раз ты видела его в глазах дракона. Драконы видят в обе стороны по нити времени.

— Но ты же не хуже меня знаешь, что все видения будущего — лишь то, что может произойти. Это будущая возможность, ничего больше, — быстро сказала Изабо. — Йорг не раз говорил мне это. Мы можем изменить будущее, мы можем нанести фэйргам молниеносный и сильный удар, прежде чем они что-нибудь заподозрят. У тебя есть еще шесть месяцев, чтобы научить Лахлана, как подчинить себе Лодестар, и меня использовать мои силы. А Изолт убедит Хан'кобанов прийти к нам на помощь. Ты же знаешь, она просто военный гений, с ней мы одержим победу...

Мегэн вздохнула еще тяжелее, чем прежде.

— Что такое? — спросила Изабо, хотя и подозревала, что знает, что так тревожит Хранительницу Ключа.

— Думаешь, я не знаю, что означает нарушенный гис? — ответила Мегэн. — Может, я не жила с Хан'кобанами, как ты, но я слушала и пыталась как можно больше узнать об их обычаях. Гис — это не просто долг чести, это святой обет, такой же обязывающий, как и Вероучение Шабаша для ведьм. Хан'кобан скорее умрет, чем нарушит гис, я понимаю это. Изолт знала, на что идет, когда давала Лахлану этот святой обет — она клялась никогда не покидать его, всегда служить и повиноваться ему. Теперь этот обет потерял силу. Изолт свободна остаться на Хребте Мира, если захочет, и не думай, что ей этого не хочется. Она Хан'кобанка — и всегда будет ею.

— Но ведь дети... и Лахлан. Она любит их, я знаю, что любит. Изолт не останется на Хребте Мира. Она вернется и поможет нам выиграть войну.

Мегэн погладила шерстку Гита. Ее глаза были почти не видны под морщинистыми веками.

— Вернется ли?

Изолт стояла на вершине горы, жадно вдыхая пронзительно холодный воздух. Всюду, насколько она могла видеть, поднимались в небо ряды остроконечных гор, поблескивающих льдом. Самые высокие пики утопали в огромных косматых облаках.

Линли Мак-Синн стоял рядом с ней, и на его лице явственно читался благоговейный страх.

— Вы хотите сказать, что знаете проход через эти горы?

Она кивнула. Он вполголоса выругался и поплотнее закутался в свой синий клетчатый плед. От дыхания у него перед лицом висело облако пара, а лицо пошло пятнами от холода. Это был высокий мужчина с внушительным носом, проницательными глазами цвета морской волны и аккуратно подстриженной черной бородкой. Между бровей у него залегали две глубокие складки горя и гнева. За спиной у него висел огромный двуручный меч, а из-за пояса выглядывал узкий кинжал. Еще один торчал из сапога. Рядом с ним стоял его сын Дуглас, такой же высокий и белокожий, с точно такими же яркими глазами и темными волосами. Пледы на плечах у обоих были сколоты брошью в виде увенчанной короной арфы.

За ними вилась длинная колонна солдат, тепло закутанных от холода. За плечами у них висели рюкзаки, и у каждого за поясом болтался моток веревки и ледоруб. Замыкали колонну несколько саней, запряженных громадными косматыми существами с ветвистыми рогами и плоскими копытами. Сани были нагружены оружием и провизией, которыми снабдил их отец Банри. Они провели неделю у родителей Изолт в Башне Роз и Шипов, пока Хан'гарад готовил своих людей и Изолт к переходу через горы. Изолт провела неделю в играх с младшими братишкой и сестренкой и разговаривая с матерью, которую не видела с самого подписания Пакта о Мире.