Меня же открывающийся за железной решёткой вид влечёт мало. Всё, что хотел, я уже давно рассмотрел. Кусочек посёлка, нависающий над домами зубастой стеной частокол, поднимающийся на десятиметровую высоту, протянувшиеся вдоль его вершины по внутренней стороне стен мостки с приставленными к ним тут и там лестницами, окованные железом огромные воротные створки, распахнутые в силу светлого времени суток, узкая улочка, что упирается в те самые ворота, проложенная между рисовых чеков дорожка, которую видно сквозь воротный проём, лес, в который она упирается, окружающие долину холмы — вот и всё, что доступно моему взгляду.
Изменения в окружающем пейзаже всегда минимальны. Кроме производимой дважды в день процедуры утреннего открытия и вечернего закрытия гигантских ворот, что нелёгкое и небыстрое дело, на застывшей наружной картине подвижность обеспечивают лишь люди и козы. Последние, погоняемые мальчишками, массово покидают посёлок после рассвета и возвращаются перед закатом. Первых днём внизу тоже немного. Предобеденная и послеобеденная суета уже в прошлом. Сейчас самое мёртвое время. На улице пусто. Все трудятся.
Что⁈ Почему трубит рог? К Солони вышел ещё один гость? И опять трубит. И опять. Посёлок мгновенно ожил. Высыпавшие на улицу люди перекрикиваются, пытаясь выяснить, что происходит. Вернее, определить степень угрозы. То, что к посёлку подходят слуги Низверженного, всем ясно и так. «Нечисть!», «Нечисть!» — звучит отовсюду. «Идут!»,«С Юга!»,«С Юга!» — раздаются внизу встревоженные голоса.
А юг — это как раз та сторона, на которую выходит моё окно. Я прильнул к решётке. У ворот подскочившие к высоченным бревенчатым створкам мужчины уже толкают их навстречу друг другу. В сужающийся проём забегает всё усиливающимся и усиливающимся потоком народ. Бросившие работу крестьяне спешат укрыться за стенами. А успеют ли? В этой части долины чеки отходят от края посёлка на метров пятьсот. Такое расстояние не одолеть за минуту, необходимую для закрытия ворот.
Впрочем, возможно, для отстающих оставят щель. Всё зависит от того, насколько далеко от посёлка находятся порождения Бездны. Люди здесь опытные — они знают, что делать. Я с удовольствием посмотрю на работу защитников Солони. Правда, если там только бесы, всё закончится быстро, и я толком ничего не увижу. Но от бесов бы они так не бежали.
Ого! Выскочивший из леса на дальнем краю чеков зверь в несколько раз превосходит размерами убитую мной пантеру. Но он ей не родственник. Длинные поджарые лапы, продолговатое чёрное тело, вытянутая вперёд морда, форма большой головы — всё собачье.
— Пёс! Псы Бездны! — раздалось внизу.
— Саблепалы! — прилетело от ворот.
Этих я уже в оставленную между воротных створок щёлку не видел. Весь обзор закрывал частокол, превосходящей мою башенку в высоте. Саблепалы — звучит интересно. Жаль, что у меня нет возможности на них посмотреть.
— Демон! Демон!
Даже так? Да тут целый набор. Я надеюсь крестьяне, живущие в условиях постоянной угрозы подобных нападений, умеют обращаться с оружием. Его у них много, и рук, которые его могут держать, тоже немало. Посёлок не новый, стоит здесь давно. Отобьются. Для них это — обыденность. Жаль, что у меня нет возможности занять более удобную для наблюдения точку.
Или есть? Внизу крики. В храм кто-то вбежал. На лестнице раздаются торопливые шаги. Лязг отдёрнутого засова.
— Бежим! Ты мне нужен!
В руках Брата Юнджи невероятно широкий меч, который он держит остриём вниз. В лезвии от кромки до кромки все тридцать сантиметров. Длина тоже немаленькая — с рукоятью в нём метра полтора. За пояс такой не засунешь.
— К воротам? — вскочил я, незаметно достав из-под циновки бобы.
Если всё так серьёзно, то оставлять их здесь глупо. Я могу сюда не вернуться.
— К воротам! — кивнул паладин. — Пора приступать к своей службе, юный принц Эндор. За мной!
Спустившись в молельню, Брат Юнджи, к моему удивлению, рванул не на улицу, а в дальний край зала. Там, у глухой деревянной двери, суетливо ковырялся ключом в замке державший в другой руке зажжённую лампу слуга.
— Что ты возишься? — прикрикнул на него паладин. — Дай сюда! — вырвал у наконец-таки справившегося с замком мужчины светильник Брат Юнджи и, рванув на себя дверь, влетел в комнату.
Я проследовал за ним. Оружейная. Арсенал невелик, но всё что нужно, здесь есть.
— Хватай топор, — указал на приставленную к стенке секиру Брат Юнджи. — И… — на мгновение задумался он. — И вот эту пику, — ткнул он светильником в лежащее на полу копьё с длинным мечеобразным наконечником и толстым древком.
— Мне бы ещё лук со стрелами, — покосился я на соответствующее оружие, которое здесь тоже имелось. — И обычный меч. Лучше два.
— У тебя десять рук? — рявкнул паладин. — Хватай, что сказал. К йоку лук! С мелочёвкой и без нас справятся. Наша забота — крупняк.
Я не стал спорить. Необходимое мне оружие при надобности всегда смогу одолжить у защитников стен. Мечи и луки у них точно есть.
