Я вежливо поздоровался, представившись внуком Онуфрия, как дед меня ещё вчера научил. Спасибо старому вору — тому хватило мозгов хотя бы здесь, среди соседей, не хвастаться своим вчерашним присутствием возле места событий, а то сейчас ко мне бы пристали с расспросами. Так же, наоборот, пока набиралась вода, сам послушал людей. Те не всем сказкам верили, и спор вёлся шумно, но народ сходился в одном — тот бездушный, что отыскал Ключ от Бездны и выпустил нечисть, находится в городе. Его будут искать.
Вроде плохо, а с другой стороны — пока вся эта кутерьма не уляжется, дед меня точно не погонит на дело. Успею потренироваться на старике обращению со своим новым даром и, глядишь, смогу вытянуть из Онуфрия какие-нибудь ценные знания. Уже обмозговал всё. Если не стирать чужую память большими кусками и применять дар только тогда, когда рядом никого нет, то старик не заподозрит неладное. Вот вернусь сейчас в дом и займусь.
— Ну что, Роша, — поманил меня к себе Онуфрий, едва я поставил ведро у рукомойника. — подумал над моим предложением? Разбогатеть есть желание?
— А у кого его нет? — хмыкнул я. — Только подробности надо. Ты ведь пока ничего и не рассказал толком. Я ведь должен понимать, на какой риск иду? И ради чего иду. Что там по барышу? Как делить собираешься?
— Не боись, не обижу, — похлопал меня по спине старик, подталкивая к стулу. — Садись, Роша. Сейчас всё обсудим.
Дотронулся — сам виноват. Садясь на стул, я уже смотрел на Онуфрия сквозь вызванный при помощи нового дара полупрозрачный циферблат. Подчищать пока нечего. Я другое проверить хочу. Очень важно — могу ли я перемещать жёлтый круг, единожды вызвав его.
— Там денег — нам обоим до конца жизни хватит, — хищно осклабился дед. — Никодим приличную часть своего капитала в золоте держит. Не в товаре, не в княжьей казне под процент, а в монете. О том мало, кто знает, но я в своё время разведал. Там счёт на сотни идёт.
— Сотни золотых? — округлил я глаза.
— Полновесных.
Присвистнув, я откинулся назад и, задрав голову вверх, перевёл взгляд на закопчённый потолок. Эх… Жалко. Не выгорит хитрость. Стоило мне потерять из вида Онуфрия, как циферблат мгновенно исчез. Причём, исчез насовсем. Опустив глаза обратно на старика, я тут же убедился, что полупрозрачного круга нет и перед дедом, где он прежде висел.
Плохо. Было бы очень удобно уметь стирать людям память не сразу, а через какое-то время. Незаметно подкрался к человеку, дотронулся до него, призвав циферблат — и болтай с ним о чём-хочешь. Выяснил всё, что нужно — прощаешься и уходишь, «унося с собой» жёлтый круг. Если остановить стрелку, когда завернёшь за угол, человек, которому ты подтёр память, не вспомнит не только содержимое вашего разговора, но и тебя самого забудет.
Увы, это так не работает. Чтобы циферблат не исчезал мне нужно неотрывно смотреть на того, чью память я собираюсь стереть. Зато обращение к дару без его применения не обнулило способность. Хоть сейчас можно снова воспользоваться. А интересно, как долго я, вообще, могу держать этот полупрозрачный круг призванным? Сдвинув ногу, якобы случайно коснулся колена сидящего напротив меня старика. Раз — и перед Онуфрием снова висит циферблат.
— А делить будем поровну, — продолжал ничего не заметивший дед. — Сколько вынесешь — всё пополам. Я ведь не только про золото знаю, — хитро прищурился вор. — Мне ведь и место, где он его хранит, тоже известно.
— Небось под замком держит.
— А то, — согласился дед. — В стене ящик железный укрыт. Если не знать, где искать, никогда не найдёшь.
— И как я его открою? — нахмурился я.
— Ключом, — хищно осклабился Онуфрий. — Никодим его всегда при себе держит. Даже спит с ним.
— Ну уж нет, — замахал я руками. — Тайник обчистить по-тихому — это одно, а в карман к самому главе гильдии лезть — это точно за руку поймают.
— А не надо в карман, — хмыкнул дед. — В окно надо. Никодим всегда с открытым спит, не боится, что кто-то в гости посреди ночи нагрянет. Этаж там высокий. Но с крыши в темноте по верёвке спуститься — плёвое дело. Ты — парень ловкий, ты справишься. А уж, как на крышу забраться я научу. Там есть одна хитрость. Давно всё продумал.
Сомнительная затея. Пока всё звучит слишком сложно. Не будь у меня своего интереса во встрече с купцом, послал бы я старого вора подальше.
— И, где искать ключ? — с сомнением в голосе спросил я.
— На цепочке он. Та у этого йока на шее. Но не бойся, — поспешно добавил старик, видя, что я тут же нахмурился, — Никодим всегда спит один. Кроме него в опочивальне никого не будет.
— И что? — возмутился я. — Со спящего цепочку снимать — оно даже сложнее, чем в карман лезть. Разбужу.
— Не разбудишь, — хохотнул старик. — Я тебе один пузырёк дам. На платок плеснёшь малость. Прижмёшь ему к носу, и всё — до утра мертвецом храпеть будет.
Вот жук… А мне про отвар сон-травы заливал. Небось, и я ночью ту мокрую тряпочку нюхал.
— А сейф где?
— Ого! — округлил глаза дед. — Какие словечки знаешь. Матёрый… Неплохо под деревенского простачка косишь. Небось, серьёзных дел уже за плечами хватает.
